Нас будет трое

С какой-то даже растерянностью, словно чувствовал себя в этот момент лишним. – Надеюсь, это не слишком нагло…

– Это и твой дом тоже, – ответила, машинально поглаживая по голове льнущего ко мне ребенка. Чужого, но отчего-то такого близкого.

Валера неловко отвел глаза, кивнул на пакеты в своих руках:

– Я тут купил кое-что… Знаю, как ты иногда увлекаешься работой и совершенно забываешь пополнить запасы…

– Можешь разложить все сам, – коротко предложила я и поспешно добавила:

– Спасибо.

Он прошел на кухню, а я опустилась перед Мишей на колени.

Аккуратно убрала со лба непослушную прядь, оглядела с головы до ног, желая убедиться, что он цел… Хотя и понимала: под слоем одежды невозможно увидеть самых больных следов…

– Все хорошо? – шепнула, приобнимая ребенка за плечи. И выдохнула не без облегчения, когда он уверенно кивнул в ответ."

"Я помогла ему снять верхнюю одежду, отметив про себя, что в обновках Миша выглядит намного лучше, чем в нашу первую встречу. Но что творилось у него в душе? Ее ведь нельзя было просто взять и переодеть, невозможно починить никакими заплатами…

Когда я снова повернулась к нему, заметила, как Миша жадно втянул носом запахи еды, шедшие с кухни.

Это было так просто, так бесхитростно и так по-детски искренне, что я невольно улыбнулась:

– Скоро будем ужинать.

Я провела его на кухню, где Валера уже заканчивал раскладывать продукты по полкам холодильника. Усадила на стул и придвинула к нему его мишку, которого он мне отдал.

– Кое-кто по тебе скучал, – произнесла с улыбкой.

Миша прижал к себе игрушку – бережно и ласково, и я отвернулась, чтобы не смущать его. А заодно – чтобы налить ему собственноручно сваренный какао.

Когда я поставила перед ребенком чашку с ароматным напитком, он робко к нему принюхался и мне вдруг стала очевидна еще одна вещь: Миша никогда раньше не пил ничего подобного.

– Вкусно, попробуй, – подбодрила я его.

Я дождалась, когда он сделает первый глоток.

Улыбнулась, когда Миша жадно облизал губы, слизывая шоколадные усы. Подавшись к нему, проговорила:

– Миш, нам с твоим папой поговорить надо. А ты пока пей какао и, если захочешь, можешь порисовать или почитать.

Я кивнула на стопку книг на столе и альбом с набором карандашей – вещи, которые заготовила заранее в ожидании их прибытия. Миша кивнул: так сосредоточенно, так серьезно, словно понимал всю важность разговора, который ждал нас с его отцом.