Нас будет трое

– К чему ты ведешь?

Резкий, внезапный звонок в дверь избавил меня от необходимости отвечать. И все же я сухо, скупо улыбнулась и заметила:

– Что ж, хорошо, если это не она. А то было бы так неловко…

– Да о чем ты, черт возьми, говоришь?

Я подошла к двери веранды, обернувшись уже на пороге, чтобы любезно пояснить:

– Я пригласила свою лучшую подругу на ужин. Посидим все вместе… как раньше.

Глава 23

– Проходи.

Я улыбнулась, пропуская подругу в дом и входя за ней следом. Она протянула мне коробку с тортиком, которую держала в руках, и пакет с двумя бутылками породистого напитка.

– Девчачий вечер? – прощебетала радостно, подаваясь ко мне для объятий.

От ее рук веяло холодом – последствие минусовой температуры на улицы и не более того, но этот холод мгновенно передался мне, расползся по душе, рождая внутри странное, бессознательное отторжение."

"Неужели она могла вот так обнимать меня, улыбаться мне и при этом держать за пазухой камень? В это настолько не верилось, и даже одна эта мысль казалась абсурдом, что я на миг усомнилась в своей затее.

Но тут же успокоила себя тем, что, по крайней мере, смогу не думать о самом страшном, если окажется, что я зря допустила такие мысли в отношении подруги и мужа.

Но сейчас у меня просто не было иной версии относительно того, почему Валера не знал о сыне, а тот при этом жил у его матери…

Этому могло быть лишь два объяснения.

– Боюсь, не получится посидеть девчачьей компанией, – произнесла я все с той же, буквально приклеившейся к губам, улыбкой.

И, больше ничего не добавляя, прошла в кухню, где сидел на том же месте, где я его и оставила, Миша. Встав рядом с мальчиком, я обняла его за плечи, желая защитить этим жестом от всего, что могло случиться дальше. Показать – ему и всем вокруг, что он – под моим крылом. Сознавая твердо: что бы там ни было – я его непременно уберегу.

Даша замерла на пороге кухни, потрясенно глядя на ребенка. По ее глазам я видела: она спешно пытается сообразить, что тут вообще происходит…

Я взглянула на Мишу: его реакция была определяющей.

Он смотрел на Дашу чуть испуганно – я ясно ощутила, как его хрупкое тельце сильнее прижалось ко мне, но это была совершенно нормальная реакция зашуганного ребенка на незнакомого ему человека. Никаких признаков узнавания на его лице не было. Никаких чувств…

– Можно тебя? – выдохнула Даша, перехватывая мой взгляд и кивая в сторону гостиной.

Я погладила Мишу по спине и мягко сказала:

– Сейчас вернусь.