Нас не догонишь…

Клянусь блюсти его интересы, ставить их выше своих и своего рода. С оружием в руках отстаивать целостность его земель. При неблагополучных обстоятельствах, моя верность и клятва переносится на потомков сюзерена в соответствии с требованиями традиций передачи наследования.

Гробовое молчание в зале. Даже Императору не дают таких кабальных присяг, а тут…, все взгляды были обращены на ещё одну женщину, очень знаменитую, а теперь знаменитей вдвойне.

– Я принимаю вашу клятву! – разорвал тишину в зале глубокий взволнованный голос.

Мариан была поражена! Сюзереном её рода теперь будет женщина?! Потрясение написано на лице графини. Настоящее потрясение. Она конечно, не сильна в сложившимся раскладе сил родов при дворе Императора, она многих не знает, но вот именно эту леди она точно, никогда точно не видела.

– Герцогиня Борондэ! – представил Лауру Император. – Новая герцогиня Империи. – и, чтобы унять возможные кривотолки, откуда пошла ещё одна ветвь Императорской крови, добавил – Мать моей дочери!

Ого! А вот и полностью официальное подтверждение родства, сделанное в тронном зале.

Если бы в дочери не присутствовало примесей крови рода Императоров, то сейчас бы на месте вновь явленной герцогини, валялась бы груда развороченного мяса, а где-то в одном городе, в комнате завтра бы нашли вывороченное, окровавленное тело молодой, красивой девушки. Проклятие чистоты рода!

Теперь у Даны начнётся другая жизнь. Жизнь полноценной дочери действующего Императора, жизнь коронованной принцессы.

Вот так расклад! Маркиз с удивлением посмотрел на повелителя. Что-то не чисто. Признав дочь в тронном комплексе, он самолично определяет ещё одну возможную кандидатуру на трон. Опасно, очень опасно! И если и раньше к Дане, молодой баронессе, относились с почтением все её знакомые, то теперь…

Но зачем это сделал Император, ведь можно же было всё оставить и на том уровне, что и было раньше, который, между прочим, всех устраивал?

– Как сюзерен, принимаю присягу вассала и в ответ клянусь защищать и поддерживать его своей властью, силой оружия и мудростью магии.

Все претензии к вассалу с этого момента рассматриваю только я. Карать и наказывать вассала считаю своим личным правом. Никто не вправе судить вассала за его деяния, кроме меня! Я сказала!

Волна радостных возгласов прокатилась по обступившей молодую герцогиню толпе.