— Насколько мне не изменяет память, ты с Градовым-младшим встречалась? — внезапно спрашивает он, и я внутренне подбираюсь, — то есть нас ждет объединение семейств?
— Ээээ, нет, не ждет! — врать было бесполезно, ведь шила в мешке не утаишь. Если Зорина поймаю (поправочка, когда поймаю), все равно отец обо всем узнает, — я не за Максима собралась замуж.
Отец недовольно поджимает губы и качает головой:"
"— И почему у меня такое ощущение, что ты очередную авантюру задумала, которая плохо закончится? — серьезно, без тени улыбки поинтересовался он, сканируя пронзительным взглядом.
— Потому что ты — пессимист! — ответила ему беззаботно, — Пап, ты поставил условия, я их выполняю, а уж как именно — это мое дело.
— Кристин, не нравится мне твой настрой, — отец покачал головой, — не этого я ожидал, вводя ограничения.
— А чего?
— Что у тебя, в твоей маленькой, белокурой голове кое-что прояснится, и ты сделаешь определенные выводы.
— Не сомневайся, сделала, — уверенно потрепала его по плечу, и взяла под руку, — но если результат по каким-либо причинам тебя не устраивает, то можешь отменить свои ограничения и дело с концом.
Я даже могу пообещать, что буду себя прилично вести.
— Ишь ты, какая хитрая, — усмехнулся он, — папа сказал, папа сделал. Так что все остается в силе.
Ну и зря, подумала про себя, естественно ничего не сказав вслух.
На празднике я пробыла часов до одиннадцати, дождалась огромного торта, заказанного в лучшей кондитерской города, яркого, фееричного файер-шоу и салюта, а потом, распрощавшись с отцом и друзьям, отправилась восвояси.
Можно, конечно, было остаться здесь, в своей, всегда готовой к моему появлению, комнате, но меня почему-то с неумолимой силой потянуло домой.
За весь вечер не попробовав и капли спиртного, поддерживая образ примерной дочери, без опаски села за руль, завела машину и, плавно тронувшись с места, выехала за пределы отцовских владений.
Загородная трасса, по которой я возвращалась домой, пролегала через небольшой лесок. Высокие ели плотной стеной примыкали к дороге и в темноте, их силуэты казались таинственными великанами.
Я включила музыку погромче, открыла окно, чтобы вдохнуть свежего ночного воздуха, и, постукивая в такт пальцами по рулю, мчалась в сторону города, мурлыкая себе под нос отдельные слова из песни.
Не знаю, то ли музыка на меня так подействовала, толи усталость после шумного мероприятия, но я потеряла за рулем бдительность, позволив мыслям плавно кочевать от одной темы к другой.
