"
"— Покажешь, как тут у тебя? — смотрит на меня выжидающе, спокойно. В глазах нет ни намека на привычную безбашенность.
В голове мелькает странная мысль «взрослый». К чему это? Не знаю, но смущаюсь еще больше:
— Без проблем, — отхожу в сторону кухни, искоса наблюдая за тем, как он разувается и следует за мной, и чувствую, как потряхивать начинает от странной ситуации.
— Это моя кухня, — произношу, за каким-то указывая рукой на кухонный гарнитур, будто и так не ясно, что это кухня, при этом старательно избегаю смотреть на своего гостя.
— Я понял, — чуть усмехается он, — а где повар?
— Какой повар? — смотрю на него с изрядной долей недоумения.
— Который тебе есть готовит, — невозмутимо пожимает плечами.
— Зачем мне повар? Я сама готовлю.
— Да ладно, — искренне удивился он, — Кристина Антина сама чистит картошку и варит суп? Ущипните меня кто-нибудь.
— Что в этом такого? Я еще и убираюсь сама, стираю, глажу.
— А как же мамки-няньки, домработницы и уборщицы? — продолжает докапываться Артем, и у меня возникает желание тюкнуть ему по голове чем-нибудь тяжелым, оттого, что считает меня безрукой, бестолковой цацей.
— Я, между прочим, одна живу с шестнадцати лет! — произношу, с вызовом глядя на него, — и главным условием переезда, которое отец поставил передо мной, было то, что делаю все сама! И проверял он это миллион раз, в любой момент. Если бы у меня в холодильнике были одни пельмени, а в квартире срач, то он быстренько увез бы меня обратно, к себе.
Так что да, я все делаю сама, и не надо смотреть на меня, как на безрукую неженку, не способную кашу сварить!
— Что ж ты раньше не говорила, что такая домовитая! — улыбнулся он, хитро поглядывая на меня, — я б на тебе женился давным-давно.
Чувствую, как румянец по щекам разливается, и торопливо ухожу с кухни, кивком позвав его за собой.
Не переживай, женишься еще! Причем в самое ближайшее время, а то уже на стенку готова лезть от своего нищенского положения!
Черт, да что ж мне сегодня так неудобно в его присутствии? Словно почву из-под ног выбили, даже руки дрожать начали, отчего пришлось еще сильнее обхватить себя за плечи.
Показала ему большую комнату, ну и, конечно же, не удержалась оттого, чтобы похвастаться своей любимой гардеробной.
Зорин, подойдя к дверям, замер на пороге и присвистнул:
— Ну, ничего себе! — ошалевшим взглядом обвел помещение, — тут можно целую толпу одеть.
