Может он ещё и не видит ни хр*на??? И руки сами собой тянутся к ремню безопасности, который в начале пути я не потрудилась даже для вида накинуть.
Повезло так повезло с водителем.
Такси убийственно медленно карабкалось в сторону заветной цели, не разгоняясь выше пятидесяти километров, несмотря на то, что машин на дороге было мало.
К концу пути я уже была похожа на растрепанную, злобную фурию, мечтающую выбраться из этой адской колесницы. И когда машина наконец-таки остановилась перед входом в бар, я стремительно выскочила наружу, бросив ему деньги на приборную панель.
Градов, зараза, чтоб тебе пусто было! Я тебе эту дивную поездку ещё припомню!
К моему превеликому облегчению возле входа никого не было, и мое катастрофически позорное появление осталось незамеченным, хоть в этом повезло.
Задержавшись на пару минут на крыльце, привела в порядок мысли, попробовала избавиться от внутреннего негатива, накопившегося за время поездки. Не получалось. Я и так последние дни сама не своя, а тут ещё дед этот глухой, со своими волосатыми ушами! Бррр.
Кое-как затолкала свое недовольство поглубже, прикрыла его гордой самодовольной улыбочкой и зашла внутрь.
* * *Наша компания обосновалась в одном из залов. Небольшой, достаточно уютный, но, на мой придирчивый взгляд, немного темноват. Столики расставлены по периметру, в углу барная стойка с веселым барменом, показывающим чудеса ловкости при обращении с цветными бутылками, есть место для танцев и караоке. Обычный, заштатный бар. Можно ещё выйти на летнюю веранду или посидеть в кальянной, а так же где-то тут была игровая зона с мягкими диванами и приставками, как раз для тех, кто без компьютерных технологий вообще никак не может.
Веселье было в самом разгаре. Компания то сливалась в одну громогласную кучу, где все галдели, звонко звеня бокалами, то плавно растекалась по отдельным столикам, где каждый общался по интересам.
Мы с Машкой облюбовали место в самом углу, чуть в стороне от других, чтобы нам не мешали разговаривать.
Наперебой рассказывали друг другу, что произошло за время нашей разлуки, шутили, смеялись, вспоминали славные студенческие годы. Впервые за этот месяц отцовских репрессий я почувствовала себя человеком, счастливым человеком. Мне было спокойно, весело, и даже проблемы с деньгами отступили на задний план, особенно после того, как Семенова рассказала о своей работе, своей зарплате. Ее такие мизерные доходы, казалось, совсем не напрягали, ей все нравилось.
