В какой-то момент чувствую себя полной дурой, пытаюсь сообразить за каким я сюда вообще пожаловала, почему не поехала домой и не легла спать, как планировала. Мне стало как-то неудобно… стыдно что ли, будто притащилась без приглашения на праздник. И как я сейчас к ним подойду? Может сбежать, пока меня никто не заметил, притвориться, будто ничего не было?
Поздно. Голова сомневается, а ноги несут вперед.
Зорин сидит ко мне спиной и не видит моего приближения. Я напряженно всматриваюсь в широкую спину, пытаясь загнать внезапно проснувшуюся робость подальше, спрятать ее от посторонних глаз.
Он что-то втирает остальным, облокотившись одной рукой на стол, а второй оживленно жестикулируя, потом потирает шею и, запрокинув голову кверху, громко смеется. А у меня коленки начинают дрожать, потому что оказываюсь совсем близко к ним.
Первым меня замечает Антон. Вижу, как у него вытягивается лицо, и глаза становятся квадратными. Не отрывая от меня взгляда, он склоняется к Артему и произносит:
— Идея фикс!
Это он про меня? Я уже достаточно близко, чтобы расслышать каждое слово.
На лице как всегда ни одной эмоции, только уверенная улыбка.
Темка явно не понимает, что Антон имеет в виду, в недоумении разворачивается к нему:
— Какая идея-фикс?
— Твоя.
До Зорина по-прежнему не доходит, о чем говорит Беликов. Он вопросительно разводит руками, показывая, что не понимает о чем речь.
В ответ Антон просто показывает на меня пальцем. Вижу, как Артем замирает, а потом медленно оборачивается через плечо. Сначала его взгляд упирается мне в живот, потом поднимается выше.
И вот мы уже смотрим глаза в глаза. Я — снисходительно изогнув бровь, а он — в немом изумлении.
— Идея фикс? — сложив руки на груди, уточняю у него.
Зорин смущенно морщится и поднимается со своего места, попутно отвешивая подзатыльник Антону.
Мы с ним отходим на пару шагов от столика, чтобы поговорить.
— Тин, все в порядке? — настороженно спрашивает он, вызывая очередной всплеск раздражения. Почему он так уверен, что я к нему обращаюсь, только если что-то не в порядке? Неужели не может быть других вариантов? Даже обидно стало.
— Все хорошо, — сдержано киваю, ловя на себе подозрительный взгляд.
— Точно? — не унимается он.
— Да.
— Как концерт?
— Нормально, — пожимаю плечами. На самом деле, я уже и не помню, что на этом концерте было. Просто цветное пятно где-то на задворках памяти. Мне все еще неудобно, потому что не понимаю, рад мне Зорин или нет.
— Я думал, что у вас там продолжение намечалось.
