— Я… я не знаю, — шепчу, потому что голос от волнения пропал.
— Не знаю! — передразнил он, — как молоть языком, так мозга хватило, а как пришла время разгребать за собой д*рьмо — так она не знает.
— Пап!
— Что пап? Можно подумать у тебя так много вариантов! В общем, едешь домой, ждешь своего ненаглядного с работы и проводишь с ним серьезный разговор.
— О чем?
Быстрый ум — это мое все.
— Да обо всем! Рассказываешь ему и о нашем уговоре, и о своих коварных планах в отношении его, и как выпендривалась перед своими подруженциями.
Обо всем, вообще, не утаивая!
— И как ты себе это представляешь??? — в ужасе смотрю на него, хватая ртом воздух, — он пошлет меня к чертовой бабушке!
— Пошлет? Да я бы на его месте вообще прибил тебя, размазал по стенке и дело с концом.
— Зорин даже не дослушает до конца весь этот кошмар! Уйдет и хлопнет дверью!
— Значит, тебе придется постараться сделать так, чтобы дослушал, а потом уж может хлопать дверями, если захочет!
— Ты хочешь, чтобы он меня бросил?
— Я хочу, чтобы ты с ним поговорила, рассказала все.
Призналась в том, какой дурой была раньше, и попыталась донести до него, что сейчас все изменилось. Что вся ваша совместная жизнь, это уже давно не игра маленькой бестолковой девочки, мечтающей о новых шмотках!
— Он уйдет!
— Может быть. Но у тебя есть возможность все рассказать самой, все объяснить, преподнести правду так, как ты ее видишь. Объяснить свои мотивы, слова поступки, и попробовать доказать свою любовь. И даже если он и уйдет, то будет шанс, что когда успокоится, то простит.
Будет сложно, но не безнадежно.
— Простит? Ты бы простил???
— Речь не обо мне! Все зависит от того, насколько он тебя любит, и насколько корректно ты сможешь донести до него суть произошедшего, доказать что все изменилось. Не жди, что махнет рукой и скажет «ну и ладно, дорогая, все хорошо». Ни хр*на хорошо не будет, даже не мечтай! Но если эту информацию он получит от тебя, то шанс все исправить будет. Если ты, конечно, не натворила чего-нибудь еще.
Чего-нибудь, о чем я не знаю!
Сердце перестает биться, замирает и разлетается в клочья.
Ночь. Загородная трасса. Белый ягуар на обочине.
Чувствую, что умираю, иду ко дну.
— Скажи, ему есть за что ещё тебя прощать? — спрашивает отец, сканируя проницательным взглядом.
Замираю как птичка перед змеей.
Дорогое платье небрежно откинуто в сторону.
— Есть? — настойчиво повторяет свой вопрос.
Судорожно мотаю головой, призывая на помощь всю свою выдержку.
