Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

Тошнит от всего происходящего.

   Она все-таки делает кофе и ставит передо мной. Себе тоже наливает кружку.

   – Ты сегодня такой молчаливый. Устал?

   Ага. От всей той херни, что окружила со всех сторон!

   Просто жму плечами.

   – Тём, я так скучала, – кошачьим голосом.

   А уж я-то как! Даже зубы свело от восторга.

   – Как работа? Чем занимаешься? Расскажешь? - сыплет вопросами, – как твои дела?

   – Супер, – смотрю на то, как она игриво мотает прядь волос на палец. Да как можно было не видеть этого раньше? Как??? Мне кто-нибудь может объяснить? Бабский интерес за милю всегда чувствовал, а здесь полный штиль.

   – Чего нoвого? - не унимается она, пытаясь разговорить меня.

   – Нового? - хмыкаю, чувствуя, как перегорает последний предохранитель, - нового хоть отбавляй.

   – Например? - в темных глазах неприкрытый жадный интерес.

   – Например, я вчера узнал, что у меня есть дочь. т бывшей жены, - говорю спокойно, как ни в чем не бывало.

   Из ее рук выскальзывает кружка, с грохотом падает на пол, разлетаясь на осколки. Брызги летят во все стороны, на полу коричневая лужа.

   Светка стоит, словно деревянная. От лица вся кровь отхлынула.

   – Маленькая девочка, - смотрю на нее, с трудом удерживая голoс на одном уровне, - хорошенькая.

   У Светки дрожат руки,и она прячет их за спину. В глазах лихорадочный блеск. Снова облизывает губы. На этот раз нервно, быстро.

   – П-поздравляю, - заикаясь, дрожащим голосом.

   – Спасибо, - цежу сквозь зубы.

   – Кристина... тебе звонила?

   – Звонила? Хм, как ни странно, нет. Может по причине того, что не хотела... а может по причине того, что ее номер с какого-то хера оказался в черном списке, а вместo него липовый муляж, с измененными цифрами.

   Поднимаюсь и делаю шаг в ее направлении. Светка сжимается. е взгляд нервнo мечется по моему лицу.

   – Правда она писала. Давно. И даже ответы от меня получала. Очень интересные. С отличными советами. Может,ты про это в курсе?

   Надвигаюсь на нее, еле сдерживаясь, чтобы не сломать тонкую шею.

   – Артем, - голос дрожит.

   – Что, дорогая моя подруга? – бешеный сарказм, плещется в каждом слове.