Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

на пыхтит, хмурится, но попыток спровадить меня не оставляет.

   га. Давай-давай. Старайся. Может, устанешь,и не хватит сил на активные боевые действия.

   Раз за разом выводит разговор на то, что мне вроде как уже пора, да и у нее простo вагон срочнейших безотлагательных дел. В результате мне это надоедает окончательно. Все равно не уйду. Так что смысл тут тянуть, выкручиваться? Все, пора идти домой.

   Пока она непонимающе хлопает глазками, пытаясь понять, что к чему, забираю у нее ключи и иду к подъезду, с усмешкой слушая, как она ворчит мне в спину.

До чего же милое создание, просто розовая фея.

   В лифте поднимаемся в полной тишине. Кристина смотрит на Олесю. Олеся смотрит на огоньки, моргающие на панели. Я смотрю на них. Все молчим,и в воздухе звенит неприятное напряжение.

   Наконец оказываемся на чeтырнадцатом этаже. Ключи по-прежнему у меня. Кристинка так растерялась, что напрочь забыла о них. Поэтому сам отпираю дверь, отступаю в сторону, пропуская их вперед. Она на ходу стаскивает с себя шапку и начинает раздевать дочку.

Олеся румяная, довольная, но не забывает наблюдать за мной, явно недоумевая, зачем я с ними пришел. Потом смотрит на мать, пытаясь по ее реакции понять, что делать дальше: тo ли сразу пореветь,то ли попозже. Тинито внешне спокойна. Улыбается, о чем-то воркует с ней, поэтому Маленький Подозрительный Гном успокаивается. А у меня внутри далеко до спокойствия. Никогда бы не подумал, что окажусь в такой ситуации. Спасибо тебе огромное, Света! Просто колоссальное спасибо!

   Кристина ведет ее мыть руки, а я пока сам раздеваюсь, разуваюсь.

И все это опять в полном молчании. Эх, и нелегко нам будет найти общий язык. Ой, как нелегко.

   – Так, барышня, куда собралась? – вoрчит Тинка, когда дочь по-тихому выскальзывает из ванной, а потом, громко смеясь, бежит куда-то вглубь квартиры, - пойдем-ка переодеваться.

   Наблюдаю за тем, как Тинито вылавливает Олесю и идет с ней в гардеробную.

   Маманька! Заботливая, нежная, сразу видно, души в ребенке не чает.

В этот момент, глядя на них, в груди тепло становится. Потому что это – то самое, ради чего стоит жить.

   Усмехаюсь, наблюдая, как Мелочь, несогласная с методами воспитания, чего-то бузит, выкручивается из рук матери.

   Нет, хорошие мои, никуда вы не уедете.

   Захожу следом за ними в гардеробную и удивленно смотрю по сторонам.

   Где сотни платьев? Юбок? И прочего барахла? Где нескончаемые шеренги обуви? Раньше же все битком было.