В одиночку воевать с бандитами — дело заведомо проигрышное. Это аксиома. Но у бывшего майора-спецназовца Лешина свой взгляд на вещи. Если «подставиться» мафиозному боссу, вызвав огонь на себя, то его вполне можно переиграть. Тем более что таких боссов-наркодельцов два и они враждуют друг с другом. Вот в «зазор»-то между ними и есть шанс вклиниться и нанести удар, разрушить их преступный бизнес. Игра рискованная, но не меньший риск был и в «горячих точках», в которых не раз бывал Леший…
В 14.00 по внутренней связи позвонил начальник — строевой майор Горбунов.
Старший офицер отряда «Скорпион». Название отряду дал его первый командир — полковник Голиков, погибший в Таджикистане при проведении одной из операций в приграничной с Афганистаном зоне. И название полковник выбрал не случайно. Скорпион смертельно опасен для врага. Жало его разит беспощадно. Он осторожен, быстр и расчетлив в нападении, ловок и бесстрашен в обороне. В нем заложен инстинкт самопожертвования. После брачной ночи самец погибает от укуса партнерши, питая собственным организмом самку, которая несет в себе будущее потомство.
И главное: загнанный в безвыходное положение, скорпион не допускает пленения, собственным ядом убивая себя. Название сохранилось и по сей день, получив официальное признание командования.
Итак, в 14.00 позвонил Денис Горбунов.
Майора Владимира Лешина прозвали Лешим давно, в первую очередь из-за фамилии. Но, кроме фамилии, имелись и более весомые причины, чтобы прозвище прилипло к боевому офицеру.
Лешин зарекомендовал себя в отряде как спец по работе в «зеленке». Там он чувствовал себя как рыба в воде — прекрасно ориентировался, отмечал малейшие изменения общего природного фона, быстро и своевременно выявляя всевозможные сюрпризы противника. Выросший на глухом лесном кордоне, Лешин с детства любил лес и понимал его. Поэтому-то операции, проводимые в «зеленке», всегда он и возглавлял. И под его руководством подразделения «Скорпиона» потерь обычно не несли, что вызывало у собратьев по оружию искреннее уважение к сорокадвухлетнему майору.
В общем, прозвище свое он заслужил по всем статьям и не стеснялся его. Володя был согласен с тем, что в нем живет особый, лесной дух. И в отряде к Лешину никто из однополчан, кроме «молодняка» и подчиненных, иначе как Леший не обращался.
— Привет, Денис, — ответил в трубку Лешин. — Никак новость несешь?
— Ага. Как аист, в клюве.
— Так говори, не тяни.
— Какой быстрый.
