Насекомые и волшебники, или Фотосессия

— Да-да, ваше «безмозглое насекомое» уже перепостили все, кто видел, — сообщил Ланцо.

— Я чего-то не знаю? — удивился Себастьен.

— Ну так ещё узнаете, — пожала плечами она.

— Ты не читал, что народ «под крылом» пишет? Там много забавного, — Росси плеснул себе коньяку и выпил.

— Успею еще. Сейчас главное вот что: оказывается, эта инициатива исходит вовсе не от дирекции музеев Ватикана и не от собственно правительства. Это, так сказать, частная инициатива доброго человека, — Себастьен снова был собран и зол. — Какая-то искренняя и честная душа сообщила в дирекцию, что, якобы, у нас здесь практикуются и покрываются растраты музейных средств, и его преосвященство Сторчио взял на себя задачу выяснить, так ли это.

Я пока не могу уверенно сказать, что он сам это всё придумал, но не удивлюсь, если в конце так и окажется. И поскольку я уверен, что чего нет, того и не выдумаешь, то очень прошу всех — осторожнее с любой информацией, пожалуйста. Если нам удастся схватить кого-нибудь из этих господ за руку — отлично, но они, скорее всего, не собираются подставляться. И нам не следует. Всем ясно?

— Вполне, — раздумчиво произнес отец Варфоломей. — А что делать-то с этим иродом, не подскажешь? У меня сплошь ученые да художники, натуры возвышенные, подлого гада от приличного человека с первого взгляда не отличат. И сказать могут что-нибудь, что будет превратно истолковано, и сделать тоже!

— Пришлем к тебе несколько сотрудников, приставишь к своему проверяющему, — кивнул хмурый Лодовико.

— И мне, пожалуйста, выдайте тоже, — попросил Бернар.

Он был кругл и добродушен, в финансовых делах съел не одну собаку, но терпеть не мог, когда в его кухню кто-то лез и выяснял, как там всё работает. Работает — и слава богу, точка. Получите результат и не задавайте вопросов.

При этом в честности Бернара никто, знающий его, не имел повода сомневаться ни разу.

— Хорошо, выдадим. Девушки, вам тоже выдать?

— Да мы справляемся, — София отложила телефон. — Что я, неприятных людей ни разу не видела?

— А я, честно сказать, одного обругала, и обругала нехорошо, — хихикнула Анна.

— С чего вдруг? — Лодовико внимательно на неё посмотрел.

— А чего это он приставать вздумал? Я его тут же на место и поставила, нечего, — она запила неприятное воспоминание и поморщилась.

— И молодец. Если еще вздумает — зови, я с ним поговорю.

— И попросите, пожалуйста, своих сотрудников быть эти десять дней очень осторожными в высказываниях, — Себастьен поставил бокал и обвел всех внимательным взглядом.