Насекомые и волшебники, или Фотосессия

А вторая важная вещь?

Он внимательно посмотрел на неё.

— Скажите, Элоиза, а зачем вас навещал вчера господин Куарта?

— Хотел поблагодарить за лечение.

— Вы его ещё и лечили? — нахмурился он.

— Про визит насплетничали, а про это — нет? Прямо странно. Да, я считала себя некоторым образом виноватой в том, что он попал под ту люстру, поэтому я ему немного помогла.

— Не сердитесь, сердце моё, — тихо сказал он. — Пожалуйста.

— Хорошо, не стану. Но вы сами можете оценить скорость распространения сплетен в отдельно взятом пространстве дворца, — назидательно сказала она.

— Поискать место для сна? Приду.

— Эй, вы уже совсем из берегов вышли, причем оба! — сварливо заметил вышедший из кабинета Варфоломей. — Не нашли стульев получше?

— Простите нас, — улыбнулась Элоиза. — Мы уже уходим.

Третья неделя. Четверг, пятница, суббота

Спать оказалось очень правильным решением. А спать вдали от людей — вдвойне правильным. У Себастьена нашелся какой-то знакомец, который помог поискать безлюдное место для сна, и таковое нашлось в виде домика на гористом острове посреди моря.

Единственное неудобство — лететь пришлось не днём в среду, а очень ранним утром в четверг.

Зато в среду вечером радостные сотрудники палаццо д’Эпиналь устроили грандиозное празднество в обеденной зале. Элоиза понимала, что не пойти нельзя, хотя никаких сил на веселье уже не оставалось. Но оказалось, что она не одна такая — почти все участники утреннего совещания у Шарля пришли, но в состоянии «уже даже пить не хочется».

В итоге они сидели представительной компанией в углу, лениво ковырялись в тарелках, пили вино и изредка перебрасывались словами. Больше ничего не хотелось и не моглось. А шумная молодежь пела и танцевала, для этого столы отодвинули ближе к стенам, принесли звуковую аппаратуру, командовал всем этим безумием Гаэтано Манфреди, а помогал ему Карло. На самой большой колонке расставили Те-Самые фигурки насекомых и все с ними фотографировались. Кроме того, на больших листах бумаги распечатали некоторые перлы и демотиваторы из «Проверки без цензуры» и развесили по стенам. Варфоломей, оглядев это творческое буйство, сказал, что всё понимает, но почему у творцов в головах так мало вкуса и гармонии, неужели окружающие этих людей произведения искусства никак на них не повлияли?

В общем, посидели, помолчали и посмеялись наиболее удачным шуткам молодежи, а потом постепенно разошлись по комнатам.