Наш малыш - моя тайна (СИ)

В общем, я хотела произвести впечатление на делового партнера Макса, а в итоге прониклась к нему человеческой симпатией.

Наш вечер в целом был довольно мил. Ничего не предвещало событий, которые вот-вот произойдут.

— Ребятки, вы молодцы, — хвалит нас Макар, когда все встаем из-за стола, — а теперь, Макс, оставим ненадолго твою веселую компанию? Давай окончательно обговорим детали сделки?

Моргунов сам предлагает Максиму уединиться в кабинете — это хороший знак. Похоже, дело сделано. Мне радостно, с удовольствием беру детей и иду в гостиную.

Однако один взгляд на экран заставляет все внутри сжаться — перед нашей калиткой люди в форме. Сотрудники полиции тут же представляются и спрашивают, дома ли Макс! Я даже на секунду теряюсь, а потом быстро зову Шарапова. Он появляется, за ним встревоженный Макар. Они оба идут на территорию.

Я не могу оставить детей и не слышу, какой разговор происходит с сотрудниками власти. Но возвращаются Макс и Макар не одни. С ними угрюмый полицейский. Он молча торчит в прихожей, пока Шарапов берет сумку с документами!

— Макс, что произошло?! — не выдерживаю.

Максик в гостиной с Марьей. Его отец задерживается возле меня, опускает ладонь на плечо и с силой сжимает. На вид он спокоен, но по этому прикосновению я понимаю — наши дела плохи.

— Мне придется ехать с ними, Таня, — мужчина сообщает с легкой хрипотцой, — не волнуйся, мы во всём разберемся.

Но как мне не беспокоиться?! Меня колотит.

— Почему вы его забираете?! Какое имеете право?

Чувствую, Шарапова повезут в участок далеко не с дружеским визитом. Следователь умудрился предъявить ему обвинение?.. Но сотрудник органов только поторапливает Макса и ничего мне не поясняет.

— Ты сможешь позвонить адвокату? — только и успеваю уточнить у Шарапова.

— Да, — Макс кивает, — сделаю это из участка.

Макар сам без просьб идет к детям, а я провожаю Макса и полицейского из дома. Боже, что происходит?! Но больше мне никто ничего не говорит. И лишь когда мы проходим террасу, Максим резко оттесняет меня в угол. Сотрудник власти тут же дергается к нему, но Макс успевает прошептать мне в ухо несколько слов.

— Если у меня будут большие проблемы, ты можешь просто съехать и жить своей жизнью. Не хочу, чтобы ваши имена валяли в грязи. Это так… на крайний случай.