Наш малыш - моя тайна (СИ)

— Макс молод, но от него чувствуется колоссальный опыт. Жизненный, мужской… Честно, я совсем не ощущаю, что он младше меня. Если уж по-честноку, Танюш, таких представителей мужского пола нечасто встретишь. Представляю, как оно, оказаться с ним в спальне.

А вот мне и воображать не надо. Я фантазирую о другом — какое бы выражение приняло ухоженное Майкино лицо в ответ на такую правду. И сколько бы я проработала в отеле? Разве что Шарапов бы сам за меня вступился. Ох, как всё становится сложно. Но может, подружка перебесится? Увидит, что Макс крутит с какой-нибудь молоденькой красоткой.

— Ладно, я хотела в обед смотаться поправить маникюр, — объявляет Майя, и я понимаю, мне пора нести ноги в медпункт.

— Спасибо за кофе, — улыбаюсь.

Подруга отвечает на улыбку.

— Тебе спасибо за компанию. Вот выговорилась, и настроение подскочило. Хороший ты человечек, Тань. Я тебя перед Шараповым постараюсь окончательно отмазать.

Снова на ее языке Максим. И Майка явно не прочь коснуться его не только словесно.

— Прорвемся, — киваю, — я к себе.

Выхожу, поправляю халат перед зеркалом в левой части холла. Я сегодня не так нарядна, как Майечка. Светлые джинсы, серые лоферы и простая белая футболка. Новая коллекция одежды из трикотажа популярной марки идеально идет под халат. На улице по дороге домой тоже смотрится мило. И раньше я не любила яркие вещи, а сейчас вообще от них отвыкла.

Иду к себе и не подозреваю, что сегодня мне предстоит не просто дойти от работы до дома.

Ну а пока разгребаю бумаги, даже прибираюсь на столе. Порядок всегда меня успокаивает. Обедаю на кухне, возвращаюсь и уже начинаю думать, ничего сверхъестественного до конца дня не случится. Принимаю двух «отравившихся» после бурного вечера дамочек… Подхожу к окну, чтобы опрыскать цветок, взгляд сразу приковывает стоянка. Вернее, не она, а мужская фигура, которая от нее движется. Приехал Шарапов. Мое бедное сердечко сразу выделывает кульбит.

Место для кушетки в моем кабинете отгорожено шкафом. На одной из белых дверец изнутри приделано зеркало. Открываю и снова смотрю на свое отражение. Слегка подведенные глаза, нос, который в детстве казался мне слишком вздернутым. Моим подсохшим губам тоже бы не помешала помада, пусть не такая насыщенная, как у Майи. В общем, всё могло быть лучше.

Беру с полки расческу, провожу по русым волосам, которые «стали короче». Надо же, Шарапов заметил.