— Как так… Родная дочь в городе и не приходит проведать родителей…
Я заглядываю матери за спину не желая развивать разговор. Чувство вины я искоренила в себе давно. Сейчас остались лишь капли жалости.
— Отец дома? — спрашиваю невозмутимо.
— Где же ему ещё быть? — пожимает плечами мама и обращается к папе: — Оле-ег!
Пока мы ждём отца, возникает неловкая пауза. Раньше я много-много раз представляла себе, как выскажусь и задам интересующие меня вопросы. За что? Почему? Зачем? Но потом всё это утратило для меня всякий смысл.
Не хочу жить прошлым. Хочу, гордо подняв голову, шагать в будущее держа за руку своего мужчину.
— Мы с папой каждый день дома, не считая работы, — горько вздыхает мама и отводит взгляд в сторону. — Это раньше каждое воскресенье ходили на службы и встречи, а сейчас…
Да, община под названием «Школа жизни» прекратила своё существование.
Целитель Михаил находится под следствием. Ему инкриминируют мошенничество, незаконное лишение свободы и умышленное причинение вреда здоровью. После меня десятки членов секты пошли в полицию и заявили о ранее учиненных над ними зверствах.
Увы, таких нашлось немало.
Для всех остальных двадцатилетняя жизнь под «наставничеством» Михаила Варламова рухнула в одночасье оставив после себя лишь горечь по утраченному времени. Наверное, очень больно и неприятно осознавать, что всё, во что ты свято верил долгие годы, оказалось бесполезным мыльным пузырём, который в один прекрасный день просто лопнул, ничего значимого после себя не оставив."
"Но были и те, кто долго и упорно сражался за судьбу целителя.
Устраивал бойкоты и митинги, собирал фото и видеоматериалы, которые подтвердили бы благие намерения Михаила. Постепенно таких становилось всё меньше и меньше. Плавно, но приходило осознание, что созданная целителем община не была ничем большим, чем возможностью заработать на отчаявшихся и сломанных людях.
В прихожей появляется отец. В растянутых спортивных брюках и мятой футболке. Немного смущённый и растерянный, но точно довольный тем, что мы приехали.
Он крепко жмёт руку Ивану, затем обнимает меня.
— Ну, что на пороге встали? Как не свои, а? Проходите в дом!
Я неловко переминаюсь с ноги на ногу и бросаю короткий взгляд на Ивана. Увидев в его глазах полную по всем фронтам поддержку, отвечаю родителям:
— Мы ненадолго. Сегодня ночью у нас вылет. Нужно ещё в приют заехать, добраться до Москвы и собрать вещи.
— Далеко собрались лететь? — интересуется мама.
— В Италию.
Это пятая наша поездка за шесть месяцев.
