А потом, вспомнив, что мы в горах и Иван едет за рулем, начинаю не на шутку волноваться! Его долго нет. Вдруг Северова занесло где-то на повороте? Не справился с управлением? Что, если он сорвался в обрыв? От этих навязчивых мыслей сбивается дыхание и неприятная тревога зарождается где-то глубоко внутри.
Попрощавшись с мамой, я возвращаюсь к крему. Понимаю, что сделать уже ничего не смогу, и выбрасываю его в мусорное ведро! Достаю новую упаковку сметаны, только другой фирмы. Я же бывалый кондитер — всегда беру с запасом.
Взбиваю и нервничаю. Постоянно подхожу к панорамному окну. Из-за сильного снегопада почти не видно, что творится на улице. Позвонить бы Ивану, но его номера у меня нет!
Продолжаю бегать между кухней и гостиной, не зная, куда себя деть.
Боже, Иван, ну где же ты?!
Наконец щелкает входная дверь, и я облегченно выдыхаю. Стараюсь принять максимально расслабленный вид, а у самой сердце колотится неровно и часто."
"— Охрененно пахнет, — доносится голос Северова.
Выглянув в прихожую, замечаю Ивана с очередными увесистыми пакетами в руках.
Даже жаль его становится. Мало того, что долго учил меня кататься, так еще и совершил мощный забег по магазинам.
— А мне подарок купил? — спрашиваю с улыбкой.
— Купил, конечно.
— Что? Вань, я же в шутку!
— А я нет.
Становится дико неловко. Кажется, шутить мне противопоказано. Он действительно что-то купил? А я ему ничего не приготовила. Не посчитала нужным.
Северов снимает куртку и вешает ее на крючок. В джинсах и черном свитере под горло Иван ещё красивее.
Он идет на кухню, останавливается и, скрестив руки на груди, прислоняется плечом к дверному косяку.
— Как идут дела?
Иван рассматривает меня с головы и до ног и, конечно, замечает новое одеяние.
Я босиком стою на кафельном полу и нервно переминаюсь с ноги на ногу. Чего, спрашивается, так сильно за него переживала? Вот он, приехал. Живой и здоровый. С пляшущими чертями в глазах.
— У меня не получается крем, — жалуюсь Северову. — Уже перевела одну упаковку сметаны.
Осталась еще одна.
Вновь откинув венчик, опираюсь бедрами о кухонную столешницу.
Иван стоит напротив и продолжает пожирать меня глазами. А еще — сбивать с толку своей сильной мужской энергетикой.
Что не так? Платье свободное. На мне бюстгальтер. Ничего не просвечивает.
— Все получится, Саш, — произносит Северов с едва уловимой улыбкой на губах.
— Не получится! У меня руки растут из одного места! — восклицаю в сердцах.
Он делает шаг. Еще один. И еще.
