Наша личная война

Ничего хорошего от поездки полковника в «верха» члены, разумеется, не ожидали.

– Слетал, – веско поправил Иванов (в Моздок из Ханкалы обычно добираются военным «бортом» – ездить замучаешься). – Как пишется?

– Да как… Вообще, конечно, нехорошо получилось…

– Получилось, напротив, очень хорошо, – не согласился Иванов. – Нехорошо было бы, если бы мне пришлось УФД № 10311[9] заполнять!

– Тьфу три раза, – Петрушин суеверно постучал костяшками пальцев по столу. – Ваше бы мнение – да нашему дознавателю…

– Вы закончили? – поинтересовался Иванов.

– Да мы ещё в обед сдали, – Петрушин, тяжко вздохнув, почесал голову под бинтами. – Это уже третий экземпляр. Не нравится им, видишь ли, что у всех троих – слово в слово…

– Ну и славно. Теперь вот что… Сверните эти объяснительные в трубочки. Поплотнее…"

"– Это ещё зачем? – Петрушин озадаченно нахмурился.

– А давайте спросим старшего товарища, опытного и житейски подготовленного. – Иванов обернулся к Глебычу и свойски ему подмигнул: – Зачем, Глебыч?

– И засуньте их… – мгновенно сориентировался Глебыч.

– Фи, – Лиза сморщила носик. – Как вульгарно, Глебыч!

– Мы, наверно, опять в деле, – догадался Костя. – Мы опять в прямом оперативном подчинении?

– В нём самом, – не стал томить коллег Иванов. – И клали с разбегу на все эти расследования, дознания и так далее. А я, между прочим, только что с дороги.

– Ой, совсем от рук отбились, – виновато пискнула Лиза, вскакивая и принимаясь накрывать на стол.

Покормили полковника ужином, между делом провели совещание по теме. Суть распоряжения команда оценила, как и следовало ожидать, кривыми ухмылками.

– Вдовы – это да, – мечтательно прищурился Вася. – Надо всех вдов повестками собрать, построить в колонну по три и проверить на это… Ну, как его…

– На лояльность, – подсказал Костя. – И проверить не просто так, а углублённо.

Лейтенант Серёга с ходу выдвинул бредовую версию.

– Я её видел, – заявил он уверенно. – Когда мы заходили в чайхану, она сидела в машине.

– Ага, – Иванов и ухом не повёл – вундеркиндистый лейтенант жил в своём обособленном измерении и порой мыслил явлениями далеко не общего порядка. – В «шестёрке»?

– Нет, в «Ниве», – с сожалением вздохнул лейтенант. – Но она была рыжая – это факт.

– Рыжая «Нива»? – удивлённо вскинула бровки Лиза.

– Нет, рыжая дама.