Наша навсегда

Сначала надо тут… Тошка…

— Кстати, насчет этого говнюка, — переключается на нужную волну Большой, — я реально могу помочь. То, что я, типа, лесник, не значит, что связи не сохранились. Этого твареныша из-под земли достанут очень быстро.

— Сейчас не девяностые, блин! — раздражается Лис, — ваши методы не действуют! Только еще больше спугнете, он вообще на дно заляжет!

— Мои методы работают в любые времена, мальчик, — снисходительно парирует Большой, — давайте, расскажите по порядку все…

В этот момент мне звонит Ирина, и я, извинившись, выхожу из комнаты.

Время для оплакивания прошло.

Теперь время для жизни.

59

— Ты можешь не волноваться, мать, — голос Ирины спокойный, доброжелательный такой, бальзам по душе, ей-богу. Как и слова ее, собственно. — Пока все отлично просто идет! Я понимаю, что тебе сейчас ни до чего, но, как будет время, загляни на свой акк. Удивишься.

— Все настолько интересно? — бормочу я, машинально прибираясь в кухонной зоне и посматривая на троих мужчин, активно обсуждающих дальнейшие планы.

Они решают, как ловить моего друга детства. Бывшего, бывшего друга. И еще не бывшего мужа.

А я не хочу в этом участвовать. Мешать не буду. Отговаривать — тоже. Учитывая вновь вскрывшиеся факты о способе заработка Тошки, точно не буду.

Но и принимать активное участие в обсуждении его поимки и наказания выше моих сил. Потому я эгоистично оставляю за собой право свалить планирование и сами военные действия на плечи своих мужчин.

А сама точно так же эгоистично не хочу ничего знать и слышать об этом.

Лучше про работу. И полезней для нервов.

— Ты не поверишь. Просмотры глянь на последней песне. Я тебе говорила, что она залетит? А ты все сомневалась. Тебе надо и дальше в таком вот формате работать, поняла? Это любят! На это идут!

— Ага… Хорошо… Как только будет возможность, Ир… Ты прости меня…

— Да ну хватит, все! Отдыхай, приходи в себя… Решай вопросы. Еще же с наследством надо, да?

— Да какое там наследство… Квартира двухкомнатная…

— Тоже деньги. Пригодятся. И вообще… — добавила Ира после паузы, — сейчас лучше всего занять голову делами.

Я никогда не рассказывала Ире в подробностях о том, какие у меня были отношения с родителями, а потому она, не зная деталей, искренне мне сочувствует.

Я выслушиваю еще несколько вполне дельных советов, после чего переключаюсь на звонок на второй линии.

Маринка.

— Дорогая, ты как? — осторожничает она.

На похоронах ее не было, там вообще только узкий круг присутствовал.