Онлайн-библиотека книг
Старый козел.
Не вытерпел, все же.
— Я спущусь, — повышает голос Вася.
Большой еще пару мгновений стоит под дверью.
— Тебе помочь?
— Нет, мне ребята помогут!
Большой тихо и прочувствованно высказывается в наш с Лисом адрес и тяжело топает вниз.
От его шагов трясется добрая половина дома, а я думаю, что мне в прошлый раз удалось завалить этого матерого секача исключительно на нерве. Он тяжелее меня килограмм на десять, не меньше. И непробиваемый совершенно. Шкура дубленая, а под ней — мышцы. Для его возраста, да блядь, для любого возраста — охуенная форма.
И сейчас эти сто двадцать кило живой массы в ярости топчут родовое гнездо Лисенка…
Повезло нам с будущим родственничком, да…
— Пошли, — Вася встает, натягивает джинсы, убирает волосы в пучок, и я на мгновение дико жалею ее длинных роскошных локонов… Они так светились золотом когда-то…
Сейчас они кажутся темнее.
Вася ловит мой взгляд, смущенно поправляет прядь волос за ушко.
— Они отрастут, — шепчет она, — они очень быстро растут…
— Да пофиг вообще, малышка, — Лис ее подхватывает на руки, кивает мне, чтоб открыл дверь.
— Ты что? — смеется Вася.
— Как что? Помогаю тебе спуститься! А потом Камешек поможет подняться. И вместе мы поможем тебе раздеться.
— Боже… Только при отце не говорите такого…
— А то он не в курсе, что мы тут с тобой делаем, — хмыкает Лис, вынося нашу общую драгоценность в дверь.
— Вот потому что в курсе, и не стоит… Мне кажется, он упорно старается об этом не думать, — шепчет Вася.
— Блядь, а придется принимать реальность! — ржет Лис, чуть подбрасывает Васю, она взвизгивает, хватается за него.
— Осторожней, придурок сивый, — бурчу я, с тревогой наблюдая тем, как Лис нарочито легко несет Васю по лестнице вниз.
— Отвали, — добродушно фырчит Лис, — мне сейчас одного ревнивого здоровяка за глаза.
Так, переругиваясь, мы появляемся на пороге гостиной.
Большой, сидящий за столом, вскидывает на нас жесткий горящий взгляд, и я машинально поднимаю подбородок и усмехаюсь с вызовом.
А потому что нехрен! Вот!
77. Отец
— Так и будете ее все время на руках таскать?
Отец недоволен, выражение лица самое напряженное, борода воинственно топорщится. И одет во все черное. Словно траур соблюдает.
Лис молчит, не реагируя на тон, спокойно ставит меня на ноги, Камень отодвигает стул. Сажусь.
Отец за этим всем наблюдает, а затем усмехается.
