Наша навсегда

"

"А вот теперь, после информации, полученной от моей мамы, Игнату приходится поступаться своей гордостью.

— Смотри, блядь, вперед, — сдержанно рычит Лис, сильнее притягивая меня к себе, оплетая жесткими лианами рук, — мне успокоиться надо. Я и так на измене.

— Посади ее обратно и пристегни, — командует Лешка, специально притормаживая, — мало ли что на дороге? На тебя мне похуй, а Вася может пострадать.

Лис, чуть поворчав и мягко цапнув меня за шею зубами, все же, слушается Камня.

Я сажусь на соседнее сиденье, пристегиваюсь под контролем Игната, прижимаюсь к нему, обвивая руками за шею.

И выдыхаю счастливо.

Боже.

Я дома.

Плевать на все.

Только теперь приходит полное осознание того, насколько мне было тяжело и холодно там, в далекой Москве. Насколько для меня она чужая.

Или все дело в том, кто рядом? В том, кто греет?

Меня там никто не грел.

А здесь…

— Сейчас ты поведешь, блядь, — ревниво рычит Камень, а Лис только скалится в ответ. Мне даже их перепалки кажутся теплыми.

Не убивают друг друга, уже хорошо.

— Ты полдня с ней провел, пока я с этим старым чертом пиздел, — говорит Лис, — так что у меня все законно.

— Законник, мать твою… — Камень, чуть успокоенный тем, что на его приказ отреагировали, снова давит на газ, и машина набирает скорость, — какого хрена ты вообще с ним полаялся? Не для этого же ехал.

— Да не смог сдержаться, — пожимает плечами Лис, отворачиваясь к окну и как-то каменея всем телом. Я утешающе глажу его по небритой щеке.

— Ну, не вечно же тебе в той жопе мира было сидеть, — рассудительно говорит Камень, — маленькая, хочешь ко мне пересесть?

— Отвали, блядь! — тут же ощетинивается Лис, ревниво тиская меня за талию, — она тут будет сидеть!

— Тебя не спрашивают!

— Долго ехать еще? — влезаю я в их ссору.

— Час примерно, — говорит Камень, — там в сторону Летнего села, родовое, блядь, поместье Лисов.

— Тогда останови на заправке, я к тебе пересяду, — решаю я.

— Эй, малышка, тебе со мной плохо тут? — тут же обиженно тянет Лис.

— Рот закрой. — Довольно прерывает его Камень и ласково щурится на меня в зеркало, — маленькая, я тебя понял.

— Тогда целуй меня! — приказывает мне расстроенный Лис, — а то нервы вообще ни к черту.

Я целую, мягко прикасаясь губами к небритой щеке.