Наша вина

Коленом раздвинул мне ноги, а его руки задрали мою футболку, сняли ее через голову и отбросили подальше.

На мгновение его глаза остановились на моем теле, груди, покрытой розовым кружевным бюстгальтером, который не был каким-то особенным, просто удобным, или, по крайней мере, я так думала, надевая его тем утром, чтобы отправиться в город. Он слегка нахмурился, и его ладонь, все еще лежащая на моем животе, переместилась вниз, слегка приподняла меня, а потом он поцеловал меня в пупок.

– Ты похудела, – сказал он едва слышным шепотом.

Его губы опускались все ниже, пока не достигли моих трусиков. Руками он ласкал мои ноги. Я заглянула ему в глаза и увидела безмерное вожделение, которое они излучали. Он спустился с кровати, встал на колени и быстро снял с меня белье.

Мне стало неловко. Не то чтобы мне было стыдно, просто очень давно меня никто не трогал. Многие месяцы с тех пор, как мы с Ником расстались. Я беспокойно зашевелилась, и он, казалось, понял, потому что, хотя его дыхание выдавало желание продолжить, он на секунду остановился и посмотрел на меня, будто успокаивая.

– Ник…

– Тсс.

Его губы исследовали мои бедра, сначала это были просто поцелуи, но потом я почувствовала его зубы – он слегка прикусил мою кожу, а затем чувственно провел языком. Я перевернулась, его рука прижала меня к кровати, полностью обездвижив.

– Пожалуйста… – умоляла я, уже без всякого смущения извиваясь под его ласками.

Он продолжал целовать меня, но только не там, где я хотела больше всего.

– Чего ты хочешь, Ноа? Скажи мне, я хочу услышать это от тебя.

Я зажмурила глаза и откинулась на постель. Боже, почему?

Я почувствовала, как его губы коснулись моей кожи, но тут же исчезли, и я разочарованно подняла голову.

– Ноа, скажи, чего ты хочешь, и я дам тебе это.

Я не могла сказать, по крайней мере, вслух, и он это знал. Он таким образом наказывал меня? Я открыла глаза и столкнулась с его выжидающим взглядом.

– Поцелуй меня, – попросила я хриплым шепотом.

Он наклонился и лег на меня сверху. Его губы потянулись к моим, он так резко поцеловал меня, что я застонала от разочарования. Когда его бедра прижались к моим, я почувствовала облегчение, но всего на несколько секунд, потому что затем он тут же встал, опираясь на руки.

– Все не так, как раньше, Ноа, – сказал он, беря меня за подбородок.