Помню, как одноклассник принес солдатика немца с карабином и в каске, удивлен был тогда очень – как таких солдатиков разрешили вообще! Кооператоры, помните. ю делали – 50 копеек, коричневые, из пластмассы. Купил потом себе такого же фрица и началось – собирал коллекцию. Фриц жаль был «убит» братом из воздушки, остальные сохранились – как наши, так и американцы. У брата уже дочь – пришел, помню: «А у тебя солдатиков не осталось?» Достал коробку. «Блин, да тут войну такую устроить можно!!!» А ему уже за 40…»
Гена: «У нас во дворе был пункт АТС, и рядом с ним постоянно валялись мотки с разноцветной проволокой.
Из нее все дворовые мальчишки делали самодельных солдат. У кого руки росли откуда надо, те создавали просто шедевры. Плюсы были в том, что делать их можно было сотнями, придать любую позу, воткнуть любое «оружие» в «руки», да и потерять не жалко. Еще одной забавой было засунуть проволочных бойцов в пачку от папирос и поджечь. Покуда терпели руки, сим «танком» можно было управлять.
Когда пачка сгорала, среди сожженной бумаги лежали честь по чести проволочные «скелетики», лишившиеся своей разноцветной оплетки».
Артем: «У нас особо ценились наборы Русской дружины, Ливонских рыцарей («А у ливонцев зато вся голова щлемом закрыта!»). И наборы индейцев и ковбоев, те, что коричневые. Бегали по паркам со щитами и мечами, луками и кольтами, привязывали к деревьям пленных. Да, было время. Иногда останавливаешься у витрины с игрушками, одна печаль, нет ничего похожего, китайский хлам…»
Андрей: «Да, солдатики – это отдельная тема! Но у нас в городе (Мурманск) в основном были только ковбои, индейцы, ну, и наши советские матросы и гусары.
Они как-то не представляли особой ценности. а вот пираты, американцы – это был дефицит, и в магазинах их никогда мы не видели. Кто-то с Москвы привозил или еще откуда, и это были очень ценные солдатики…»
Алексей: «Был еще набор древних людей с копьями, дубинами и камнями.
Были довольно крупными, высокодетализированными, из черной пластмассы…»
kot34: «Все так и было!!!! Сидим с приятелями на Сиреневом бульваре в крошечной хрущевке и в маленькой комнате, где не видят родители – НАША ТЕРРИТОРИЯ, битва идет не на жизнь, а на смерть. У меня был набор индейцев и ковбоев. Причем у индейцев менялись ожерелья. Желтое доставалось самому смелому, синее самому неудачному, менял раз по 10–15, отрывая им головы.
