Что стоишь столбом, Давыдов? Пойдём, выйдем.
Арский проводил их взглядом, сверкнув стёклами очков. Надеялся, что Меркулов сейчас быстро разрулит недоразумение и можно будет вернуться к завоёвыванию будущих капиталов? А вот хрен ему по всей морде.
— Что за дичь я сейчас услышал? — поинтересовался главный акционер “Арт-строя” на площадке лестницы. — Тебе директорское кресло голову напекло? По лицу Алины было видно, что она не в курсе собственной свадьбы. Откуда взялся стремительный манёвр?
— Боюсь потерять невесту, Антон Павлович.
Пришлось слегка ускорить события.
— Кончай ломать комедию, Давыдов, — взревел он. — Я тебя конкретно спрашиваю, в чём дело?
Сергей медленно достал из кармана телефон и отправил Меркулову полученный утром файл.
— Нет, никакой комедии, всё серьёзно. Я действительно хочу жениться на Алине. Невеста согласна, вы сами слышали. Не по-людски, конечно, вышло с предложением, но увидев Вадима Юрьевича, выходящим из отделения, я слегка утратил связь с реальностью. Ревность одолела.
— Ревность — это когда ты хоть какие-то права имеешь, — затряс поднятым пальцем Меркулов.
— А тебя и близко рядом с моей племянницей не будет. Сучонок. Я не позволю ломать девочке жизнь. Хочешь вернуть “Арт-Строй”? Я продам тебе часть акций. Не контрольный пакет, но дивиденды закапают. Могу ещё сверху добавить. Только уймись уже. Трахай спокойно свою Зарецкую, а в мою семью не лезь.
Давыдов непроизвольно моргнул, чувствуя, как открывается рот. Забыл, что держит телефон в руке и ударил себя им по лбу, пытаясь почесать голову.
— Так вам Марина Зарецкая сказала, что я ухаживаю за Алиной ради наследства? Вот тварь.
Картинка начинала складываться. Паша ведь объяснил как вообще появилась идея обратиться к хакеру и залезть в компьютер Марины. Но тогда Давыдов посчитал не слишком умную возню с подделкой фотографий не заслуживающей внимания. А зря. Рыжая стерва не простила удара по носу. Поступила, как Самохвалов в “Служебном романе”. Ответила, но по-другому.
— Да, — уже гораздо тише заговорил Меркулов.
Телефон из кармана не доставал и сообщения пока не видел. — У вас какие-то личные счёты?
— Я уволил её три дня назад. Не сработались. Так что с местью и подставой она заранее подсуетилась.
Меркулов молчал несколько мгновений, а потом выразительно цокнул языком.
— Ох, бабы. Ничего-то в нашем мире не меняется. Даже не буду искать логику в её поступке. Дура. Но и я получаюсь хорош…
Он ещё раз замолчал и потянулся, наконец, за телефоном. Давыдова в жар бросило.
