Как и было условлено, при появлении неприятеля мортира выстрелила. Заряд был холостой. Мортира невелика, но грохнула, как настоящая пушка. Да еще и егеря дружно дали залп из штуцеров, причем уже не холостой. Один из французов был ранен, по мундиру кровавое пятно расплылось. Конный разъезд умчался в полной уверенности, что русские тайно переправились на другой берег реки и накапливают в лесу силы – пехоту и артиллерию.
К началу 1814 года коалиция могла выставить против Бонапарта более 200 тысяч человек, в том числе 153 тысячи русских.
1 января основные силы русской армии во главе с императором Александром I перешли Рейн, двинулись вглубь французских земель. Бонапарт, имея под рукой 70 тысяч воинов, поспешил навстречу. Два месяца ему удавалось сдерживать напор русских, даже одерживать небольшие победы при Шампобере, Шато-Тьерри, Вошане. Блюхер, командующий пруссаками, потерял третью часть армии.
Поэтому отправить большой отряд для уничтожения обманки роты Терехина корсиканец не смог. Послал эскадрон кавалеристов – задержать на время, потрепать пехоту.
Конный всегда имеет преимущество над пешим. Скорость движения выше, потому попасть из ружья в него сложнее, да еще массой коня давит, сбивает с ног. К тому же и сам конь от пуль прикрывает. Так ведь к такому повороту событий Алексей готовился. Упросил полковника выделить все полковые пушки – двенадцать штук, в засаду, да зарядить их не ядрами, а картечью. При выстреле картечь дает сноп железных или свинцовых пуль, по поражающему эффекту равный стрельбе из пулемета.
Батарею на опушке поставили, замаскировали ветками. Алексей уговорился с командиром батареи, поручиком Мизиным, о стрельбе только по сигналу. Причем первый залп – только из половины пушек, а другие шесть пушек держать в резерве, для тяжелой ситуации. В бою всяко могло случиться, и Алексей хотел предусмотреть все возможные варианты развития событий.
Рота егерей передвигалась на лодках. Построились повзводно, отправились по грунтовой дороге в сторону селения, названия которому Алексей не знал.
С картами топографическими в то время плохо было. Существовали в единичных экземплярах у высоких военачальников, поскольку печать их сложна и стоят очень дорого. А навстречу из селения уже вылетает полуэскадрон, на ходу развертывается в лаву, рассыпаясь широко по фронту. Уже и сабли засверкали.
– Рота! Стой! – скомандовал Алексей. – Стройся в шеренгу по два!
Разошлись, перестроились. Скромно смотрелись, не внушали страха егеря.
