Наши все дома!

Улицы пустые, никто не ездит, и если приложишь об столб — ну хрен с ним, будем на мятой машине ездить. По нынешним временам не главная беда. Учиться все равно придется всем. И на машине, и с ружьем. Да и с топором, наверное, тоже…

— А мы точно дураки. У нас же рации есть. Хотя бы предупредить заранее, не в окно орать…

— Блин, действительно…

Две рации у меня были, дешевенькие PMR[22] — купил как-то себе игрушку: сбылась детская мечта. Но пару раз пригождались — то машину буксировать, то по лесу гулять… Надо взять.

И еще — надо все-таки проверить кусты позади расстрелянной машины.

В третий раз вернулись. Только теперь уже с рацией в кармане и правильно организованным тылом. Пошел в кустах смотреть. Есть! Зомби автомат ни к чему — зомби его и бросил. Ментовский «окурок», он же «ксюха» — АКС-74у. Из новых — в черном пластике. А, ч-черт! Нет, ну вот что такое «не везет», а?

Убит автомат напрочь: пуля попала как раз в УСМ[23]… И все там, естественно, разворотила — не починишь… Разве что самопал из уцелевшего ствола сделать, но толку в том самопале… Обидно как, я-то уже думал — нашел оружие… Ну хоть магазин посмотреть… Ага, магазин увесистый, патроны есть.

Только куда я их засуну? Но все равно — не выбрасывать же… А больше в кустах ничего — если у мента и был табельный пистолет, то остался в кобуре, на ремне у зомби. И фиг найдешь, куда он утопал: нет следов на асфальте, даже кровь с него не капает, давление-то «ноль на ноль»… Ладно, возвращаемся к первоначальному плану — мы вроде на заправку собирались. И лучше бы она работала, потому что деньги пока есть, а как добывать бензин из зарытых в землю баков — я понятия не имею…

Как ни странно, заправка у путепровода не пустовала. Правда, и очереди большой не было — бензин подорожал ровно втрое. Но я уже как-то смирился с мыслью, что деньги будут значить чем дальше — тем меньше, и, не раздумывая, пристроился в хвост. Передо мной две машины, и три заправляются. И все нагружены так, что только землю не скребут. Народ нацелился из города… Но не все.

Вон возле въезда стоит задранная «по самое не могу» «двенаха» — пустая, не считая двоих мужиков. Они за бензином не торопятся. Чего, интересно, ждут? Когда нефть подешевеет? Ну и пусть ждут, а мне за колонку, налево…

Перед окошком кассы — вялый, но злой перебрех. Возмущение ценами, растерянная злость, ну и страх — банальный и противный. И готовая истерика, паника, драка — только кашляни… Наконец добираюсь до окошка, даю две тысячи, иду заправляться.