Нашла себе блондина!

Целовать его при Сашке мне все-таки было неловко.

Он засмеялся. Поцеловал меня сам.

– И все-таки, девушки, что это за демарш?

– Глупости все, не желаю ничего слушать. Надо же иметь снисхождение к старому человеку! Сашка, это ты все воду мутишь? И вообще, зачем ты явилась? Насколько я помню, дело идет к сессии, а ты катаешься!

– = – Ой, пап, оставь свой менторский тон! Ты мне совсем не рад? Ты не волнуйся, я скоро уеду, не буду мешать вашему медовому месяцу, только, я смотрю, для Танюшки мед какой-то суррогатный получается, она тут помирает от тоски!

– Это она тебя уполномочила мне сказать? – нехорошо прищурился Никита.

– Ничего подобного, я говорю то, что думаю! И вообще, она при этой старухе даже кофе пить стеснялась… целыми днями где-то таскается, чтобы дома не сидеть. Ей же тут заняться нечем, а ты сидишь за машинкой и знать ничего не хочешь. Эта старуха в тебя небось влюблена…

– Боже, что ты несешь! Таня, а ты почему молчишь?

– Потому что Саша уже все сказала… Это правда…

Знаешь, может, мне лучше с Сашей в Москву поехать, поискать какую-нибудь работу…

– Ты что же, отказываешься возвращаться в дом Трауте?

– Нет, с тобой я там еще могу… – испугалась я.

– Да, девки, с вами не соскучишься! Но сказать по правде, я страшно рад, что вы подружились. Это такая приятная неожиданность! По-моему, за это надо выпить, как вы считаете?

– Я слышу речь не мальчика, но мужа! – засмеялась Сашка.

Мы еще долго сидели в ресторане, и было так хорошо, так весело, но Сашка идти в дом Трауте отказалась наотрез.

– Зачем? Переночую в гостинице, а завтра, самое позднее послезавтра уеду в Москву!

– Вечно ты что-то выдумываешь! Но дело твое! Ты уже взрослая. Только имей в виду, что Таню-то я заберу!

– Да уж понятно! Ничего, утром ты работать сядешь, а Танюшка ко мне прибежит!

Возвращались мы домой поздно.

– Ты скучала по мне?

– Ужасно! Даже вообразить не мог, до какой степени привязался к тебе, как ты постоянно мне нужна.

– Уехал! Семь лет был в отказе, но наконец свершилось! Их, конечно, потерзали на таможне, но, говорят, все уже немножко мягче… Между прочим, я не терял времени даром. Нашел дачу на лето. А может, и зимой там жить будем. Две комнаты, веранда, удобства в доме, чудный участок, тебе понравится. Есть еще новости, но пока из суеверия говорить не хочу.

– Никита, тебе не стыдно?

– Танюха, наберись терпения!

– Тогда зачем вообще говорил, молчал бы лучше.