Насильно твоя-2

Оказалось, на кону пятьдесят миллионов. Я легла в постель Эмиля, но вместо выигрыша получила каторгу. А Лазарь… С него как с гуся вода.

Интересно, что он знает о нас?

Меня кинули волкам на расправу, а я вышла замуж за одного из них. Странно? Не то слово. У Лазаря здесь друзья, старые связи, наверняка полно осведомителей. Мелкой шпаны — он и сам шестерка. Но что-то они могут знать. Вряд ли все. Но что-то.

— Мне это не нравится, — задумчиво сказал Эмиль. — Что-то заставило его выйти из тени. Я приставлю к тебе охрану.

— Не нужно. Мы же разводимся, — напомнила я. — Этот трус ничего не сделает, зато все поймут, чья охрана за мной таскается. Не похоже на безразличие друг к другу, как ты считаешь?

Эмиль молчал — я права, но сразу он этого не признает.

— Согласен, — сдался он.

Я похвалила себя за тонкий прием.

— Ты так и не ответил, — заметила я. — Почему ты передал мне агентство?

Расслабленная рука все еще лежала у него между пальцев. Он перебирал ими, поглаживал, разминая.

Нежные, очень приятные прикосновения. Эмиль смотрел на пустующую дорогу, было заметно — не хочет отвечать.

— Тебе надо на что-то жить.

— Ты же назначил содержание, да? — я заглянула ему в глаза. — Зачем мне еще?

— Дина… — он вздохнул, выражение лица стало горьким.

Эмиль редко показывает слабость. Иногда мне кажется, только я вижу его слабым или больным. Он не хотел бросать меня без куска хлеба, что ж, благородно. Но что-то меня беспокоило.

— Готова остаться ни с чем? — прямо спросил он.

 — Я хочу, чтобы тебе было на что жить, когда меня убьют. Сама видишь, что происходит. Я могу не дожить до этой долбаной встречи. Если это случится… Я хочу, чтобы ты была защищена. Физически и материально.

Он говорил обыденно — разъяснял положение дел.

На сердце легла дикая тяжесть: это ведь логично. Эмиль финансист, его оружие ум — криминальный, извращенный, не спорю. Но опыта таких разборок у него нет.

— Дина, если бы не ты… Меня бы сегодня застрелили. Я даже не заметил стрелка.

Он говорил про мотоциклиста.

— Эмиль, ты меня пугаешь, — выдавила я. — Ты устал… Прошу, будь внимательнее!

— Ну всё, это предосторожность, — он по очереди поцеловал мои руки, взяв их в горсть. — Все будет хорошо. Я не живу на одном месте, скрываюсь. Никто меня не достанет. Выследили, потому что к тебе поехал.

— И что теперь? — я перевела взгляд на темную обочину.

Представила, как вернусь домой, соберу апельсины в пустой квартире.