Впрочем, этого следовало ожидать. Лиги не питают к Чистым теплых чувств, и уже один только факт того, что он до сих пор жив, можно смело считать демонстрацией их благосклонности. Они даже выставили в качестве переговорщика совсем неопасного родича, вероятно, не хотели запугивать. Хотя… возможно, этот инвалид здесь для того, чтобы посмотреть, как Чистые будут умирать в мучениях от отравления.
— Здесь странный воздух, — Синицын решился задать ещё один вопрос. В конце концов, если умирать, то он ничего уже не теряет.
— Но я не чувствую боли в легких. Это помещение имеет чистую атмосферу? Я не слышу работы фильтровентиляционных установок.
— Нет, — коротко рыкнул лиг. — Воздух с улицы. Пахнет древесной смолой, печь топится.
— Следовательно, мы заражены, — подытожил профессор, бросая взгляд на лежащего без сознания Ермакова. В его смерти он тоже будет отчасти виновен, ведь подполковник единственный из всей экспедиции не был добровольцем. И Синицын поддержал его кандидатуру… — Наши легкие долго не выдержат ядовитой атмосферы.
А где остальные участники нашей экспедиции?
— Убиты, — безразлично ответил лиг. И неожиданно добавил: — Вы оба сможете дышать без осложнений трое суток. Так сотворила целительница.
— Это невозможно, — возразил старый учёный. — Химический состав воздуха предельно агрессивен и вызывает некроз тканей за сорок минут, зимой этот срок может увеличиться вдвое, но…
— Ты здесь пять часов, — рычащий бас лига оборвал профессора. — Мне не интересно обсуждать вашу науку.
Ответь, почему этот воин защищал тебя ценой собственной жизни?
— Миша? — вырвалось у Синицына. — Он офицер Службы Безопасности, возглавляет охрану нашей экспедиции! И просто хороший человек. Он выполнял свой долг, это его работа…
— Он защищал тебя, — рычание инвалида вновь перебило старого ученого. — Он грамотный офицер и сразу понял, что ваше подразделение обречено и будет уничтожено в течение нескольких десятков секунд. — Столь сложно выстроенная грамотная фраза в исполнении лига изрядно удивила профессора.
— Он прикрывал тебя собой и даже после детонации вашей взрывчатки пытался спрятать тебя в лесу, хоть был ранен и толком не мог даже ползти. Когда мы подошли к нему, прежде чем потерять сознание, он попросил отпустить тебя, потому что ты можешь найти Наследие и всё исправить. Мы оставили в живых вас обоих. Теперь тебе предстоит доказать, что ты и есть тот самый старик из Пророчества. Я слушаю.
— Эммм… — озадаченно выдохнул Синицын.
