По крайней мере, журналистка заштатной интернет-газетёнки знать об этом уж точно никак не могла. — Как, вы сказали, называется ваше издание?
— По-разному, — женщина всё так же улыбалась, — зависит от обстоятельств. То ФСБ, то фонд Сороса, если надо, то Земельное Товарищество собственников жилья в Зимбабве… Работа журналиста и опасна, и трудна, и на первый взгляд как будто не видна, вы же понимаете.
— Понимаю, — Алена скрыла раздражение. Похоже, кто-то из «Ай-Эм-Джи» натравил на неё гэбэшников.
Вряд ли Рогожин лично, он так мелко не действует, не его уровень. — И что вы от меня хотите?
— Как я уже сказала, помощи, — со стороны улыбающаяся женщина никак не походила на шантажиста из спецслужб. — Вы работали с Евгением Капланским, чья гибель явилась для нас большой трагедией. Мы бы хотели продолжить сотрудничество.
— Мне очень жаль Евгения, — на этот раз Алена не стала скрывать недовольства, — он был хорошим и, главное, порядочным человеком, что в наше время редкость.
Но мы с ним никогда не работали. Он помогал нашей Ассоциации добровольно. Между ним и нами никогда не существовало никаких финансовых отношений. Мы не состоим на государственной службе и не собираемся на неё поступать. Мы независимая организация.
— И продолжите ею оставаться, — заверила её «журналистка». — Мы не требуем от вас ни ангажированности, ни выполнения каких-либо приказов. Нам требуется научная помощь. У нас есть основания считать, что Евгений был убит.
Санкционировано и организовано убийство было знакомым вам «Выживанием», и мы просим вас оказать содействие в раскрытии этого преступления.
— Всемогущие власти просят простую журналистку о помощи в борьбе с «Выживанием»? — данное заявление Алену развеселило. — Это юмор? Вы же там срослись воедино! А более смешную аферу вы мне предложить не хотите?
— Срослись сильно, — не стала спорить улыбающаяся женщина, — но не все, иначе бы этого разговора не было.
Я не собираюсь убеждать вас в чем-либо, Алена Викторовна, ваше право относиться к нам так, как считаете нужным, я лишь задаю простой вопрос: вы поможете нам раскрыть убийство Евгения? Если у нас будут развязаны руки, мы сможем заставить некоторых людей оплатить кое-какие счета. Это и ваши враги, разве нет?
— С каких это пор у нашей власти руки оказались связаны? — иронично прищурилась Алена.
