Наследие Маозари 4 (СИ)

Спасибо, господин! — радостно затараторил старый корх, и повернувшись к ряду проституток воскликнул: — Такса?!

— Я согласна, любимый! — так же радостно ответила одна из женщин.

— А-а-а!.. Вон оно чё, — дошло до меня. — А я уже чёрт-те что подумал…

После я занялся освобождением рабынь-проституток, а Зорик отправился на поиски своего друга детства.

Четыре женщины захотели уйти, а девятнадцать осталась… Пока я ждал Зорика, мне стало скучно, и мы решили по-быстрому сыграть свадьбу «молодых». Я дал матросам денег и указания, а уже через час Урук со своими помощниками готовил праздничный ужин в моём борделе.

Ближе к вечеру мы начали праздновать, и я подарил молодожёнам аж целый золотой… Ох, сколько же было радости и благодарности в мою сторону… А в разгар празднества дверь распахнулась, и в неё вошёл Зорик, который практически тащил на себе какого-то сильно избитого крепкого мужика.

Увидев Зорика в обнимку с грязным и окровавленным человеком, все присутствующие в фойе борделя настороженно замерли… А я хлопнул в ладоши и объявил:

— Товарищи, не переживаем!.

Остальные подхватили мои слова, а старый корх, уже зная, что нужно делать, впился своими морщинистыми губами в пухлые губы рыжей женщины лет пятидесяти.

Я сказал всем, чтобы продолжали праздновать без меня, и кивнул Зорику на дверь в соседнюю комнату, а Оркус помог ему тащить мужчину.

Мужчина лет тридцати имел атлетическое телосложение и немаленькие кулаки. Его короткие чёрные волосы были испачканы кровью, из раны на голове, и прилипшей к ним пыли; а суровое лицо с трёхдневной щетиной сейчас было всё опухшее от побоев.

Оркус с Зориком усадили мужчину на стул, и Мэрим принялась снимать с него грязную и порванную одежду, а после умело промывать и обрабатывать его раны… По его расфокусированному взгляду я понял, что сейчас ему не до разговоров… И не став дожидаться, когда он оклемается, я решил ускорить процесс восстановления и послал матроса в лавку алхимика за зельем регенерации.

Тут я вспомнил слова Зорика о том, что они росли вместе, и посмотрел на восемнадцатилетнего рыжего парня перед собой.

— Зорик, а сколько тебе лет? — поинтересовался я.

— Тридцать два, — ответил он. — А что?

— Не-не, ничего, — задумчиво покачал я головой.