Будь на их месте живые существа из плоти и крови, они давно уже улепетывали бы восвояси, спасая свою шкуру. Но паукам бояться было нечего — они и так давно мертвы.
Выстроившись в ряд, пауки одновременно сверкнули глазницами, и в нас ударил яркий зеленый свет. Такой ласковый и теплый… в ушах послышалось успокаивающее бормотание… «шагни вперед» «всего один шажок»…
Рывком придя в себя, я истошно завопил:"
"— Отец Флатис!
И словно ожидая моего окрика, священник выкрикнул:
— Давай, Литас!
Повернув голову к охотнику, я еще успел увидеть, как он спустил тетиву и отправил стрелу в полет.
В следующую секунду один из пауков издал пронзительный скрежещущий визг и, повалившись на землю, бешено замолотил лапами, взбивая снег. В это мгновение тварей накрыл следующий залп — воспользовавшись тем, что пауки застыли на месте, стрелки не упустили свой шанс и успели хорошенько прицелиться. А затем нам всем пришлось зажмуриться — в ущелье сверкнула ослепительно яркая вспышка, и пораженный стрелой Литаса паук буквально взорвался — во все стороны разлетелись куски черепа и костей.
Стоящих рядом тварей раскидало в стороны, и хотя они тотчас зашевелились и начали вставать, вид у них был уже не столь грозный — утыканные стрелами, потерявшие часть своих мерзких лап, да еще и основательно потрепанные отдачей от взрыва. И вновь я поразился разуму этих мертвых тварей — поняв, что им не удастся достать нас своей магией, пауки слаженно развернулись и заковыляли к лагерю шурдов. Твари позорно бежали, и видя это, я почувствовал, как в моем сердце вновь зарождается надежда на успешную оборону.
Однако моя радость длилась недолго. Стоило мне бросить взгляд на разгромленную стоянку шурдов, мое настроение резко упало. Я ошибся. Пауки отступили не из-за страха. Нет. Им приказали отойти от стен — на краю лагеря виднелся громадный силуэт черного сгарха, на котором восседал давешний старый гоблин. Тот, кто несколько дней назад осматривал наше поселение с безопасного расстояния и после чьего визита в ущелье остался жезл, который едва не свел Лени с ума.
Самого шурда я едва видел, но вот сгарха спутать не мог — он разительно отличался от своих сородичей. Иссиня-черный окрас шерсти, огромные размеры и налитые красным глаза. Облик этого зверя я не забуду до самой смерти. Слава Создателю, что поселение отгорожено не хлипким деревянным частоколом, а мощной защитной стеной. Пусть каждый камень полит нашим потом, но оно того стоило — без стены мы уже были бы мертвы.
