Наследие некроманта

Ладно — если сопоставить арбалеты и веревки с крючьями, то наверняка именно так гоблины собираются зацепить крючья за стену. А дальше-то что? Полезут по веревкам на стену? Веревки легко обрубить. Да и стрелки дремать не будут. Мы либо чего-то не знаем, либо чего-то не учитываем.

— Корис прав! — тяжело сказал отец Флатис. — Эти богомерзкие твари не так просты!

— Что у них с оружием? — медленно спросил я, лихорадочно пытаясь понять замысел шурдов. — Чем они вооружены?

Вновь последовали уже раздражающие меня переговоры на гномьем языке, и наконец Койн торопливо заговорил:

— Ножи, короткие луки и какие-то деревянные обрубки на поясах.

— Плевательные трубки, — машинально поправил я гнома. — Мы уже видели такие. Больше ничего нет? Чего-нибудь непонятного? Уверены?

— Уверены, друг Корис, — твердо ответил гном.

— Так… — пробормотал я и отошел от столпившихся воинов к внешнему краю стены. Мне надо было подумать. Собраться с мыслями.

Снежная пыль уже успела осесть, и теперь я отчетливо видел, что шурды засуетились.

Численность шурдов превышает наши жалкие силы во много раз. Плюс костяные пауки с парализующей и усыпляющей магией, да еще и десяток смертоносных сгархов. Встреться мы в чистом поле, то нас смяли бы в считанные секунды. Но здесь мы надежно укрыты за крепостной стеной и отвесными скалами. Доспехов у гоблинов нет — если не считать за доспехи их меховые одежки.

Встрепенувшись от этой неожиданной мысли, я торопливо повернулся к Койну и выпалил:

— Друг Койн, придется твоим отважным разведчикам еще раз потрудиться. Надо осмотреть нашу скалу со всех сторон и сделать это как можно скорее. Возможно, шурды крутятся около стены лишь для того, чтобы отвлечь наше внимание от настоящего штурма. А пока мы здесь глазами хлопаем, они уже сидят над нашими головами и ждут лишь приказа на штурм.

— Считай, что уже сделано, друг Корис, — коротко кивнул Койн и, развернувшись, затараторил на своем языке, объясняя разведчикам новую задачу.

Несколько успокоившись, я вернулся к ожидающим меня Рикару, Литасу и отцу Флатису.

— Господин, не тревожьтесь, — попытался успокоить меня Литас. — Что бы ни случилось, женщины и дети уже глубоко под землей. Там шурдам до них не добраться.