Наследие

— О! Я разочарую тебя еще сильнее, когда опубликую все, что мне известно! — воскликнула она."

"— Где? — улыбнулся Рогожин. — В государственных изданиях? — Он покачал головой. — Не выйдет. Мы имеем рычаги на самых высоких уровнях, так что они не станут тебя публиковать. — Он с интересом посмотрел на нее. — Или же ты рассчитываешь на независимые издания? Тогда позволю себе напомнить: все они принадлежат нам. Неужели ты думаешь, что мы настолько беспечны, чтобы выпускать масс-медиа из-под надзора? Оглянись вокруг.

Все независимые журналисты, откапывающие что-то сенсационное, приходят сюда после того, как их пнут в остальных местах. — Рогожин улыбнулся. — Кстати, очень удобно. Не надо выискивать излишне ретивых и любопытных - они приползают ко мне сами и еще очень этому рады. — Он коротко развел руками, глядя на нее. — Так что максимум, что тебе светит, это третьеразрядная желтая газетенка. Только они готовы печатать любую чушь. Но без доказательств это ничто.

— Посмотрим! — заявила Алена. — Одно доказательство у меня все же есть. И очень скоро ты о нем узнаешь из газет!

— Не думаю, — вздохнул Рогожин. — Лучше не начинай толочь воду в ступе, неблагодарное это занятие. Денег не приносит, одни только шишки.

— У тебя слово «деньги» в каждой фразе! — презрительно поморщилась она. — Это все, что вас интересует. Ради денег вы готовы пожертвовать целыми поколениями! И даже будущим всех людей!

— Не ради денег, — терпеливо поправил ее Рогожин, — нас интересует власть, а деньги требуются для того, чтобы власть получить.

Это очень долгий и кропотливый процесс. — Он встал из-за стола и сделал решительный жест:Хватит играть в слова. Я в последний раз предлагаю тебе одуматься.

— Я уже одумалась, — брезгливо ответила Алена, — я не желаю участвовать в этой грязи и сделаю все, чтобы помешать вашему жуткому «Выживанию».

Она развернулась и направилась к двери.

— Учти, — донеслось ей вслед, — если ты сейчас выйдешь отсюда, ты выйдешь навсегда.

У меня больше не будет дочери.

— Я учту! — не оборачиваясь, ответила Алена и вышла из кабинета.

К Институту Биологии Развития РАН она подъехала к шести часам вечера. Баранов еще был на рабочем месте, в своей крошечной лаборатории, и возился с бесчисленными пробирками.

— Добрый вечер, Алена Викторовна! — улыбнулся ей ученый. — Что-то вы припозднились сегодня.