Наследие Пламенных

У меня нет ни земель, ни титула. Что вам нужно от меня?

В глазах их учительницы эльфийского мелькнул страх. Но его тут же сменила решимость. Заговорила она твердо:

— Ничего личного, моя дорогая. К сожалению, вы оба рождены орудиями, которые в руках сильных мира сего способны натворить больших бед. Поэтому самое лучшее, что вы можете сделать для Трех Королевств — умереть сейчас. Я строила эту ловушку сто лет для того, кто сломал жизнь моей матери. Впрочем, когда вы умрете, я надеюсь, ему будет очень больно, — в этот момент ее лицо исказила ненависть.

 — Также больно, как той, что дала мне жизнь, когда по его вине она должна была покинуть Мерцающий лес!

Райга покосилась на принца и поймала его непонимающий взгляд.

— Вы сказали, что мы в замке, — продолжил принц. — но я не узнаю этого места.

— Наверное, ваша подруга чувствует где мы, верно?

И тогда Райга вдруг поняла, что она ощущала все это время.

— Рядом Источник, — прошептала она.

— Верно, — кивнула полуэльфийка. — Ваша Пламенная святыня в соседнем зале.

И она искажает магический фон. Отследить ваше местоположение и открыть портал сюда невозможно. Впрочем, магистр фуу Акаттон Вал сейчас действительно очень занят. Об этом мои друзья позаботились.

Вдруг раздался небольшой хлопок. Райга повернула голову, и увидела, что чуть в стороне расположен контур еще одной ловушки, на этот раз попроще. Такую Райтон мог снять при должном усердии. Внутри контура открылся портал, из облака синего дыма выпали Ллавен и Миран. Вокруг их запястий сияло эльфийское заклинание пут.

На лбу темного вздулась шишка, плечо Ллавена было рассечено, и кровь оттуда лилась ручьем.

— А вот и ваша подмога, — холодно улыбнулась Айю и обошла вторую ловушку по кругу. — Глупые детишки. Могли бы остаться в живых, если бы не полезли вслед за своими друзьями. К сожалению, свидетели мне не нужны. так что после того, как ловушка убьет ваших более одаренных товарищей, я убью вас. Ничего личного, — повторила она и посмотрела в глаза эльфу. — Тебя мне даже жаль, Ллавен. Ты ведь тоже пострадал от закостенелых нравов эльфийского сообщества.

Как и моя мать.

— Ваша мать? — переспросил он. — Погодите… Но единственной эльфийкой, которая была изгнана за последние триста лет была… Иллириэль хаа Ненге Нэ? Вы — дочь Иллириэль?

Боль и ярость проступили на лице Айю.

— Для людей ее звали Илли Ар-Раллеори или Илли Ханко.

— Лаэ Линдереллио не виноват в том, что случилось с вашей матерью, — печально сказал эльф.

Райга и принц удивленно переглянулись.