На севере от Уклама земли под защитой карла Оруса, на востоке земли карла Бира, на юге земли карла Фара, на западе управляет карл Корс.
За Средним морем земли Сорис. Там правит Тирэс. По сути, он король — у него большая армия, и поселки принадлежат ему. В каждом поселке есть что-то вроде старосты, который несет ответ перед минисом — человеком короля. Ну вот, и тут есть министры. Очень милый социальный строй.
Сорис — вроде монархии, где Тирэс — единый владелец всего, в отличие от нашей стороны Среднего моря.
Люди не принадлежат ему, но близость Большого моря заставляет людей обращаться за защитой. Напавшие на меня, и укравшие овец васары не принимают в свои племена чужих людей, они берегут свою «чистую кровь», а на деле, как рассказала Иста, это уроды, которые женятся на сестрах, и бросают своих стариков у Большого моря, в нежилых болотистых низинах. Социальной политикой здесь даже не пахнет. Они как кочевники, живут набегами на хозяйства в те моменты, когда мужчины из поселений уходят в море, или на охоты в леса.
Есть ощущение, что нашим четырем надо бы объединить силы и собрать армию посерьезнее — эти набеги скоро разорят людей. Оставшиеся без домов, а часто и без семей, мужчины уходят с попутными лодками в Сорис — нанимаются в армию Тирэса — больше у них нет шансов на выживание.
В хозяйстве Севара есть две лошади — это большая ценность, и держат их основное время далеко в лесу, потому что участились набеги васаров. Васары крадут лошадей, овец, инвентарь, детей.
Иногда они просят выкуп за ребенка, но чаще оставляют себе, и продают таарам — пиратам, редко причаливающим к берегам Большого моря. Это море знают только таары. Один из них, привозящий из-за Большого моря для Сориса диковинные продукты, ткани, металлы, так зажег глаза Брана — моего мужа, что он не сказал отцу, что отправляется с тааром в опасное путешествие.
Отец ходил в земли Сорис когда Бран не вернулся через один холодный, и там нашел человека, который помогал грузить огромный лапах таара.
Он видел как Бран садился на борт, и таар был к нему благосклонен, хлопал по плечу, и обещал вернуться богатым человеком."
"Этот таар так и не вернулся в наши земли. И не известно — жив ли Бран. Севар жалел Сири, и не признавал Брана мертвым. Ко мне сватались мужчины из нашего и других станов. Но Севар не признал смерти сына, и не дал согласие ни на одно предложение. Моя свояченица сказала, что я любила мужа, и он отвечал мне взаимностью.
