Наследие Сири

Мне нужно сложить два очага. Нужны мастера для заделки крыши, починки дверей. А еще, мне нужно белье. Разберитесь, из чего я буду получать жалование, — я пошла к карете с видом «разговор закончен».

Через три часа я ехала обратно из замка. Вещей у меня не было — только то, что на мне. Сига и Оми сидели со мной в карете, и просто светились от счастья.

— Оми, ты видишь, что теперь мы будем жить недалеко от верфи. Только вы и Бран знаете мой план. Больше никто не должен знать его, — я серьезно посмотрела на обеих.

Когда мы чуть проехали верфь, я велела остановится, и вышла, чтобы посмотреть на мастеров, которые были сейчас словно муравьи, и на огромные остовы кораблей, похожие на остовы китов.

Как только устроимся, нужно попасть туда, и поговорить с Браном. Сейчас все зависит только от него — от человека, что был моим любимым мужем, от человека, которого я не знаю ни минуты, от человека, который лучше всех строил лапахи на Севере.

Сейчас нужно было только одно — терпение и огромное желание вернуться обратно.

Если оглянуться вокруг и быть честным с собой — лучше и удобнее остаться здесь. Но мое плато стояло у меня перед глазами. Нужна масса энергии и сил, нужно собрать людей, которым можно доверять. А самое главное я держала внутри себя, я старалась не думать об этом — даже опытным корабелам раньше требовалось не менее двух лет на строительство галеона. Это судно будет проще и меньше, но нужно привыкнуть к тому, что эти два года дом здесь будет моим пристанищем, но нельзя предавать свою мечту.

В темноте, поздно вечером, когда дом отмывали после укладки очага, застилали мою новую постель, готовили ужин на улице под легким навесом, я спустилась к воде, и смотрела туда, где был мой дом, где были люди, которых я уже полюбила.

Скучают ли они, вспоминают ли обо мне, и будет ли у меня возможность еще раз их обнять. Там, за этой большой водой сейчас было мое сердце. О моем истинном прошлом доме я думать боялась, потому что эти мысли приносили только боль.

Глава 34"

"- Холода нынче долгие, и снега навалило больше, чем в другие холодные.

В деревнях к началу тепла уже почти все дома были с трубами. Мужчины заняты срубами, женщины — вязанием. Шерсть больше не продают — вся уходит на пряжу. Все по-другому, все стало лучше, только по-другому стало без тебя, Сири. Как будто на этом все остановится, — мужчина сидел на берегу, и перебирал гальку в руках.

— Мы с дружиной проверили все станы васаров, потом нашли человека из Сориса, что привез тебя к лапаху тааров.