Наследие Сири

Я слышала, как ребята шикают на него, как Маша сказала ему, что он просто мужлан с фамилией Гринин, а не Марк."

"Его слова меня беспокоили меньше всего. Я подошла к кромке воды, легла на камешки, и посмотрела в небо. Глубокая бархатная чернота с ярко мерцающими звездами — совсем как на Урале, скоро Млечный путь будет особенно красивым.

— «Там высоко — высоко, кто — то пролил молоко, и появилась звездная дорооооога» — шепотом пропела я партию Звездочета, которую мы с братом так любили слушать в детстве, еще на пластинках, и мысли о детстве завертелись в голове.

Глава 2

Я проснулась от яркого солнца в глаза, или от крика. Спина затекла — как я умудрилась заснуть в этой неудобной позе?

— Сири, Сири, — кричали достаточно далеко. Ничего себе, как отчаянно человек хочет получить ответ из смартфона. Это вызвало улыбку — наверное снова с интернетом перебои. Глаза — щелочки никак не открывались, но в масенький просвнт между ресницами видно чистое небо, солнце. Пахнет клевером как в детстве на покосе.

Прямо надо мной, гудя как маленький, но сильный бомбардировщик, пролетел шмель.

Шмель? Откуда он взялся? За три месяца здесь не видела и мухи. Подняла голову, но в ушах зазвенело, и в глазах помутнело. Господи, неужели я вчера так много выпила? Еще немного полежу. Если не брать в расчет этот крик и головную боль, то все прекрасно. Тихо и тепло.

Тихо? И тут мне стало неспокойно — я не слышала привычного шума прибоя, криков и шума на площадке. Я так привыкла к этим звукам за лето, что отлично спала под них до обеда.

Ну, давай вставай, нужно поискать Спазмалгон и минералку. Не открывая глаз, я немного подняла голову — голова заболела сильнее, и зазвенело в ушах. Села, и зажала руками виски. Что-то липкое было на голове, волосы склеились. Жмурясь от солнца и боли я посмотрела на руки. На них была кровь.

Страх заставил поднять голову, и посмотреть по сторонам. Вокруг были небольшие холмы, заросшие густой, уже желтеющей травой.

До ближайшего леса было не меньше километра — он стоял кольцом. Где-то вдалеке блеяли овцы.

Подняться на ноги было довольно сложно — все тело будто побывало в мясорубке. И только сейчас я заметила, что на мне платье. Я лет с двадцати не носила платье, моя привычная одежда: джинсы, брючные костюмы. Мне не нравятся юбки, заплетающиеся за ноги, тем более такие длинные. Подняла подол до колен — ноги были босые, с засохшей между пальцев глиной.