Наследие Скарлатти

Он уже собрался было прикончить янки, но вдруг увидел, что тот перенес огонь на своих собственных солдат. На свои войска.

Свои собственные войска!

Он держал американца под прицелом «люгера», но не хотел убивать.

Потому что немецкий офицер из всей роты, единственный уцелевший, точно знал, что делает этот американец.

Это был тот самый редкий, невероятный случай! То, что требовалось!

Пехотный офицер, умело использовавший ситуацию в своих целях и против своих войск!

Для него эта битва закончилась, и вдобавок он получит медаль за отвагу.

Немецкий офицер не упустит этого американца.

Лейтенант Скарлетт был на полпути к позициям второй роты, когда услышал за спиной шум. Он бросился на землю и, осторожно повернувшись в противоположную сторону, стал вглядываться сквозь колышущуюся высокую траву.

Действительно ли никого?

В двадцати футах от него ничком лежал труп. Но трупы были повсюду.

Этот труп Скарлетт не помнил. Ему запомнились только лица. Он видел только лица. Этого он не помнил.

А почему он должен был его запомнить?

Трупы повсюду.

Он снова позволил разыграться своему воображению!

Рассветает. Из леса выйдут звери.

Он встал в полный рост и пошел к холмикам земли в расположение второй роты.

– Скарлетт! Бог мой, это вы? – воскликнул капитан, лежавший в окопе передовой линии. – Вам повезло, что мы не стреляли. В перестрелке погибли Фернальд и Отис! Мы не открывали огонь, потому что вы находились там!

Алстер помнил Фернальда и Отиса.

Он бросил немецкую каску на землю:

– А теперь слушайте меня. Одну группу я ликвидировал, но остались еще две. Я знаю, где они располагаются, и могу подавить их. Но вы останетесь здесь! В окопах! Через десять минут после моего ухода открывайте огонь по левому флангу!

– Куда вы собираетесь? – испуганно спросил капитан.

– Туда, где я могу принести хоть какую-то пользу! Дайте мне десять минут, а потом открывайте огонь. Не прекращайте стрельбу по крайней мере три или четыре минуты, но, ради бога, стреляйте по левому флангу! Смотрите не прикончите меня.

Он внезапно замолчал и, прежде чем капитан успел вымолвить слово, вновь направился в поле.

Оказавшись в высокой траве, Скарлетт пополз от одного трупа к другому, снимая с безжизненных голов каски. Собрав пять касок, он залег и стал ждать стрельбы.

Капитан сделал свое дело. Как тогда, перед началом сражения при Шато-Тьерри.