Я скрипнула зубами и выдохнула:
— И я не левая девица. Я — невеста. Или как там… В общем, мы думаем над этим.
Боже, что я несу-у-у. Шумы в комнате стихали по мере того как присутствующие осознавали произнесенное мной.
Плавно, словно в замедленной съемке ко мне развернулся Гэбриэл. Темные пряди ударили росчерками по лбу и скуле, полыхнули посветлевшие глаза. Насколько помню, у его волка они превратились в прозрачно-белые, как бриллианты. И только в человеческом виде и спокойном состоянии набирали ясную бирюзу.
"
"Не обращая внимание на четырех опасных громил за спиной, он перепрыгнул через стол, опережая пытавшегося дойти до меня Отто.
Миг и я задрожала в надежных объятиях. Мне жарко, по лбу тек струями пот, но Гэб уже успокоился и воздух перестал расплавленным свинцом забивать легкие. Я с хрипом вдохнула и вдавилась лбом в его плечо.
— Все. Я тут. Тебя никто не посмеет тронуть, — прошептал он.
На другом конце комнаты охнули, взвился возмущенный молодой женский голос:
— Не понимаю, какие драконы? Какая Альба? Это же та девчонка, которая… С чего это она невеста?!
Это до сих пор молчащая врач не выдержала и прорвалась эмоциями.
На последнем слове от возмущения она дала петуха.
Ей ответил низким баритоном скорее всего Отто Фенрир. Мне его не было видно, Глостер был все еще слишком большим и полностью закрывал меня от остальных.
— Мисс Шлиман, если семья Глостеров решит сообщить детали, вы обязательно узнаете. А пока молчите, вы здесь для выполнения профессиональных обязанностей и ни для чего другого.
Так… Леди Химена, пожалуй, я подожду вас наверху. Видите, все оказалось просто — наследник клана находится под влиянием свежей метки и защищал невесту… Отсюда эмоциональная нестабильность и скрытность. Гэб, извини… Я был неправ. А на счет драконов отдельно поговорим, если в ближайшие дни будет готов обсуждать.
с каждым словом он звучал все приглушеннее, удаляясь в сторону выхода. Гэбриэл развернулся, чтобы махнуть рукой грубияну Фенриру, и тем самым приоткрыл для меня вид на дверь.
Там прямо в проходе, держась за локоть докторицы, продолжала непоколебимо стоять миссис Глостер. И теперь она, впервые за все это время, прямо смотрела на меня. Сверля янтарными, как у Зейна, глазами.
Сухая, несгибаемая как горный карагач. Ее обходили, чтобы выйти в коридор, а она вцепилась в меня зрачками словно железными крючьями.
— Ты, конечно, не настоящий дракон. Они за чужих замуж не выходят, — наконец, процедила леди Химена.
