А тут еще и метка…
— Подожди, так она может быть заразной? — спросил темноволосый щеголь, отпуская меня на обманчивую свободу.
— Гэб! — рванулась я. Подскочила с Глостеру и прижалась, дрожа всем телом. — Я вообще никого не искала, вышла Йожи на ночь выгулять. Спаси!
Выглядел Глостер… злым. И вызывал дикое желание испортить чем-нибудь надменное, снисходительное выражение на лице. Но однажды в тяжелой ситуации он проводил до дома, а в еще худшей — спас от больного на голову нападавшего. Если у кого и просить о помощи, то, увы, только у него.
— Она что, серьезно? Самка с незакрытой меткой, разящая призывом как маяк прожектором, прогуливается одна и потом обвиняет нас в насилии? — за спиной загромыхал голос здоровяка. — Я требую немедленных объяснений, Гэбриэль Глостер. Вы сорвали сезон, допустили массовое заболевание, а теперь, созвав нас, глав кланов, на официальную встречу, подкидываете левую девчонку в период гона, при этом бросающуюся странными заявлениями?
Гэб втянул воздух, с силой оторвал меня от себя и толкнул за спину.
— Мой брат только что прибыл после продолжительных переговоров с драконами, — ровно сообщил Гэб. — Зейн не в курсе деталей произошедшего, не знал о проживании девушки и поэтому пригласил вас на встречу на свежий воздух, подальше от дома со всем его лазаретом. От лица семьи я приношу извинения за невольную, случайную провокацию. Мы сейчас же покинем вас, а Зейн появится с минуты на минуту. Можно вешать полог тишины.
Меня схватили за руку, сжав, словно я пыталась вывернуться и убежать.
И потащили к обратно к садовому домику
Шел он так быстро, что казалось, подожми я ноги и полечу как шарик за Пятачком. И я была не против, только побыстрее бы уйти от трех странных мужчин.
— Какого хрена ты ходишь по территории, воняя как скунс? — процедил Глостер, после того как втащил внутрь дома и хлопнул дверью. — Я тебя попросил посидеть тихо до завтра, пока не доедут мои люди. Весь дом в больных, главы качают права, а я с тобой валандаюсь, дура набитая.
Я дрожащими руками отпустила на пол Йожи и выпрямилась ровно, до звона в позвоночнике.
— Я не просила с собой возиться. И не напрашивалась на общение с мудаками, которых ты называешь главами. Они сами подозвали моего щенка. И я говорила им, что заберу Йожи и уйду, но не они, ни ты никогда меня не слушаете. Это бесит.
— Делать мне нечего, как слушать человеческую самку.
Размахнувшись, со всей силы я влепила пощечину.
