Даже с водопадом, сейчас не включенным."
"Цветовые вспышки выхватывали из тьмы, игриво подсвечивали прикрытые лишь купальниками и плавками тела. Какая-то юношеская сборная, судя по широким плечам и спортивным как на подбор фигурам, проводила на моей собственности вечеринку. Даже девушки выглядели очень специфично — все как одна узкобедрые и широкоплечие, с убранными в хвост волосами. Этакие римские Дианы-охотницы, ловко уворачивающиеся от захватов парней и при этом бросающие пылкие, соблазнительно-заинтересованные взгляды то на одного, то на другого молодого человека.
Я бы тоже на этих парней огненные взгляды стопроцентно-то побросала, если бы не была приличной обрученной девушкой. Поэтому никаких алчных разглядываний! Исключительно — деловое хладнокровное изучение противника. О-оп-перный театр… Ничего себе «косая сажень» в плечах…
Кажется, я потеряла всяческую осмотрительность и слишком явно выглянула наружу, потому что меня заметили. Невысокого роста худенькая девчушка в заколке официантки на коротком темном каре, в скромном платье и с подносом в руках затормозила прямо у зарослей, где я пряталась.
— Прохладительные напитки, леди? Коктейль? — Мою согнутую позу она изучала с любопытством и удивлением.
Ух, какое облегчение. Здесь присутствуют и нормальные женские особи, а не только красотки формата мисс Универсиада Года.
— Спасибо, напитков не нужно, — пробормотала я. — Подскажите, пожалуйста, а кто здесь хозяева? Я… соседка, хотела бы познакомиться и попросить уменьшить громкость музыки.
По лицу девушки прошла странная судорога, все же цветомузыка иногда дает неприятные эффекты. Официантка наклонилась поближе и торопливо выдохнула:
— Хозяева сейчас не в настроении, как вы видите. Клан Глостеров принимает гостей и… Может быть придете утром?
— Так музыка же орет, — удивилась я. — Я не смогу заснуть и моя собака…
Она пожала плечами и, пробормотав «Каждый спасается сам», невежливо поспешила к бассейну, откуда ее уже окликали, требуя немедленного утоления жажды.
Хм, странная девушка. Меня предостерегает, а сама работать в такой обстановке не боится.
Проводив официантку взглядом, я задумчиво покусала нижнюю губу и сделала осторожный шажок назад.
С одной стороны, трусить — себя не уважать. Все начинается с малого. Начну молчать по поводу ночного шума — оглянуться не успею, как наглые соседи мой дом снесут до фундамента, а на его месте теннисный корт построят. Посадили же они кусты вместо моего забора и клумбы с розами.
