– Я хочу подышать свежим воздухом, – обратилась я к Шеррану, когда ниданги собрались уходить.
– Никак не можно, маленькая даханни. Капитан оставили четкие указания на ваш счет.
– Так я что, под арестом?
– Не могу знать.
– И когда меня выпустят?
– Как прибудем на Монтерон. Это личные владения эйра капитана.
– И когда же это случится?
– Через три дня. Больше я ничего не знаю.
Я опять закусила губу, по старой привычке, но тут же испуганно стрельнула глазами в сторону нидангов. Кажется, у местных мужчин особый пунктик на сей счет.
Шерран покачал головой:
– Вам не стоит этого делать, если не хотите разозлить капитана. В нем слишком много от даханнов, а они не любят, когда их женщинам причиняют вред, даже такой незначительный.
– Так он поэтому на меня набросился?! – изумилась я.
– Он почуял вашу кровь. Не забывайте, он еще и шайен на четверть. А у них очень тонкий нюх.
– И что не так с моей кровью? – забеспокоилась я, вспомнив, что она поменяла свой цвет с красного на фиолетовый.
– Шайены… они… знаете ли, – прожженный пират, судя по всему, засмущался, не зная, куда деть глаза, – ну, их привлекает кровь противоположного пола.
Они так пару выбирают… по вкусу и запаху крови.
– Ну, слава Двуликому, – облегченно выдохнула я, – а я уж испугалась, что они людоеды. Что ж, мне нечего бояться. Ваш капитан ясно дал понять, что я ему ничуть не нравлюсь. Можете ему передать, что не очень-то и хотелось. Пусть скорее ищет моих родственников, и я забуду эти сумасшедшие дни, как кошмарный сон.
Шерран наградил меня долгим, многозначительным взглядом, и с какой-то странной интонацией произнес:
– Клянусь кишками кашалота, Двуликий здесь абсолютно не при чем.
Они ушли, а я упала на узкую койку и глубоко задумалась. Слова Шеррана повергли меня в недоумение, потому как его грубоватые намеки абсолютно не вязались с действительностью.
Он сказал, что капитан – благородный человек? Но я что-то не заметила особого благородства. А вот грубость, нахальство и неприязнь – этого сколько угодно.
И я должна поверить, что этот корсар испытывает ко мне какие-то чувства? Хотя, если Шерран прав насчет шайенов, то, вполне возможно, Даннахан ощущает зов крови, но не более того. Так не обращаются с девушкой, которая нравится, уж мне-то есть с чем сравнивать.
Я неожиданно вспомнила время, проведенное на имперском фрегате, и тяжелая тоска сжала мое сердце. Нападение пиратов было не случайно, это и так понятно, проигравший рейн посягнул на шейнаб.
