Но главное, она была жива и даже не ранена!
""Иди, Виель, я уже никуда не денусь"", – в голосе Эйдена мелькнула прежняя беззаботность.
Я почувствовала, как облегчение и слабость накрывают меня с головой. Отпустила веревки и, прижавшись животом к мачте, заскользила вниз по мокрому дереву. Хорошо еще, что мне не пришло в голову вылезти на самый верх, оттуда я бы точно сама не спустилась."
"Внизу, почти у самой палубы, меня поймали чьи-то крепкие руки.
– Давненько мы с вами не виделись, акульи зубы мне в печенку! – пророкотал надо мной хорошо знакомый бас.
Я подняла взгляд на своего спасителя.
– Шерран! – всхлипнула с облегчением и прижалась к мощной груди ниданга.
Верный помощник моего капитана с напускным недовольством проворчал:
– Отставить слезы! Что это вы удумали, маленькая шайене?!
– Это правда ты? А тот огненный змей – мой Эйден? – я не могла поверить в то, что говорю.
– Ну а кто же еще? – Ниданг поставил меня на ноги, осмотрел и неодобрительно нахмурился. – Отправляйтесь-ка вы в свою каюту.
Нечего вам тут шастать! И юмати свою заберите. Она мне чуть самое дорогое не оторвала, пока мы ее скрутили.
Винара бросила в его сторону презрительный взгляд и решительно выпуталась из крепкой хватки второго ниданга.
– Развяжите меня, остолопы! Как я буду ухаживать за эйриной?
За спиной Шеррана несколько нидангов спускали шлюпку.
– Я хочу дождаться его! – прошептала я дрожащими губами.
Сердце колотилось, как безумное. Мне было плевать на все: на мокрое платье, облепившее тело, на противный моросящий дождь, заливающий палубу, на пронизывающий ветер.
Я не чувствовала холода. Внутри меня постепенно разгорался огонь, согревая меня изнутри.
В тот момент, когда Эйден шагнул на борт, я не выдержала и сорвалась с места.
Я бежала к нему, путаясь в подоле, поскальзываясь на мокром настиле, то и дело натыкаясь на разбросанный бурей такелаж. Ниданги и имперцы расступались в стороны, пропуская меня. Но я ничего не замечала. Лишь глаза – серебристо-стальные, с серповидным зрачком, излучающие любовь.
И когда он поймал меня и закружил, смеясь от счастья, я вспыхнула ослепительным пламенем, освещая ночь, будто праздничный фейерверк.
Эпилог (Два месяца спустя)
– Ваше Величество, мы все подготовили, – Рейла отступила, и за ее спиной я увидела кровать поистине королевских размеров. Огромную, овальной формы, стоявшую на возвышении в самом центре комнаты, точно алтарь, на котором я сегодня принесу последние клятвы своей любви.
