Онлайн-библиотека книг
– Мой поверенный служил в одном полку с вашим мужем. Он сразу же признал в нем Александра, едва увидел его мельком месяц назад.
– Но я разлюбила его и больше не хотела с ним жить! – заявила вдруг Наталья, окончательно теряя самообладание."
"– Что ты говоришь, Наташа?! – в ужасе прохрипел Александр-Василий. – Мы же хотели начать все заново, с нашими детьми. Наташенька, вспомни свои слова!
– Я не хотела.
– Значит, вы хотели выйти замуж за меня, – мрачно произнес Григорий. – А потом убить законного мужа, чтобы не мешал вам наслаждаться богатством со мной? Ну и чтобы не выдал ваши грязные тайны.
– Это правда, Наташа? Ты решила предать меня ради него? – вскричал трагично Александр.
Было видно, что это осознание причинило ему физическую боль. Но лицо Натальи слово окаменело, и она отвернулась от мужа. Похоже, Григорий оказался прав.
Больше не в силах слышать все это, я быстро вышла вон из спальни. Решила поверить Анечку и немного успокоиться.
Я поспешила в соседнюю комнату и, распахнув дверь, едва не вскрикнула от ужаса.
Глава 68
Спальня дочери освещалась тусклой свечой.
Около детский кроватки стоял человек в светлом капюшоне и плаще и держал на руках Анечку. Малышка была радостна, размахивала ручками и что-то алюлюкала.
Обе горничные крепко спали, откинувшись на спинки кресел. Гвардеец лежал на ковре и не двигался.
Мое сердце тревожно пропустило пару ударов, прежде чем я воскликнула:
– Кто вы? Отдайте мою дочь!
Я вбежала в спальню и бросилась к незнакомцу. Он резко повернулся к мне, и капюшон спал с его головы.
– Доченька, отчего ты так кричишь? Это всего лишь я, – произнесла Мария Николаевна и ласково улыбнулась.
Я остановилась, окинув взглядом свекровь. Мне на миг показалось, что я вижу перед собой не Марию Николаевну.
Ее густые волосы были распущены по плечам и украшены диковинными цветами, лентами из травы и листьев. Лицо как будто помолодело лет на десять. Да и одета она была как-то сказочно: в прямое длинное платье из зеленого переливающегося шелка, украшенное по подолу и рукавам райскими золотистыми и синими птицами, и светло-зеленую прозрачную накидку с вплетенными в нее живыми цветами.
– Мария Николаевна! Я вас не узнала, – произнесла я уже тише, подходя к ней. – Вы так изменились.
– Наверное.
– Что с ними? – спросила я, указывая на горничных и гвардейца.
– Спят волшебным сном. Проснутся, когда я уйду.
– Понятно, – ответила я так спокойно, как будто все это было обычным делом.
