Наследница Дивной усадьбы

– Мне нужна ваша дочь. Анна. Я удочерю ее по всем канонам Лесного мира, и она станет моей дочерью. Моей любимой и единственной лесной нимфой, сияющей дочерью Лесного царя. Я воспитаю ее и буду любить безмерно. Ведь она так похожа на мою маленькую Поляну.

От слов Лесного царя кровь в моих жилах застыла, а тело сковал ужас. Сердце мое пропустило несколько сильных тревожных ударов, и я испуганно вскрикнула:

– Нет!!!

Я тут же вытащила Анечку из корзины, стоявшей у моих ног, и неистово прижала к себе.

– Это я сделал так, что твоя жена родила дочь, Григорий, – продолжал Лесной царь, обращаясь к моему мужу.

 – Из-за твоей матери, Григорий, я решил забыть то зло, которое вы причинили мне. Я сниму проклятье, и цепь рождения только мальчиков в вашем роду окончится. Я дам прощение твоему роду, Шереметьев, но взамен ты отдашь мне свою дочь. Для того она родилась на земле, чтобы стать дочерью Лесного царя.

– Нет-нет! – уже в истерике выкрикнула я. – Я не отдам свою малышку!

Более не в силах слышать все это, я сорвалась с места и побежала в дом.

Я хотела скрыться от всего этого кошмара.

Глава 71

Через минуту, ворвавшись в свою спальню, я захлопнула дверь и прислонилась спиной к стене. Яростно прижала к себе Анечку, невидящим взором смотря перед собой.

Так вот для чего явился в мою усадьбу кузнец Илья – Лесной царь. Он присматривал себе новую дочку. А родственник Григория, этот Иван, слуга Лесного царя, уже на третий день показывал ему в зеркале Анечку. Этот Лесной Владыка уже решил все за меня!

– Я никому тебя не отдам, моя девочка! – шептала я нервно над дочерью, целуя ее в макушку.

 – Ты останешься со мной. Ничего себе, придумали! Отдать им мою любимую доченьку! Пусть идут к лешему этот Лесной царь и Шереметев со своими предками.

Я была так возмущена и потрясена, что дрожала в этот момент от ледяного озноба. Не могла даже допустить мысли о расставании со своим дитем, которое обожала больше всего на свете.

В этот миг я была готова отдать все что угодно: усадьбу, богатство, мужа, – но только не дочь.

Это было немыслимо.

Видимо, почувствовав мое нервное состояние, или оттого, как я сильно прижимала ее к себе, Анечка заплакала.

Ее плачь как будто отрезвил меня, и я быстро подошла к кровати.

– Тише, маленькая, я с тобой.

Осторожно положив дочку на постель, я начала стягивать с себя верхнюю одежду. Потом расстегнула верх платья и, вынув из теплого одеяльца Анечку, приложила ее к своей груди.