Наследница Дивной усадьбы

Мое сердце сейчас беспокойно билось от переизбытка информации, которая последние часы выливалась на меня как из рога изобилия.

Я чувствовала, что вся прежняя моя жизнь, точнее, жизнь Любаши Шереметьевой – это сплошной гнусный балаган и лживый водевиль. Каверзы, которые она устраивала любовнице, погибшие дети, не нужные матери, пари на мужа и еще какие-то темные дела, за которые ее хотели убить.

Не жизнь, а полная жоп… Про себя я произнесла это слово, не удержавшись.

И тут мой взгляд нечаянно упал на тот самый обрывок письма, уже видимый мною.

Во мне загорелось яростное желание его прочить.

Я потянулась за бумагой, медленно развернула ее.

Несмотря на то, что надпись была составлена не на привычном мне современном русском языке, я смогла понять страшные фразы:

– Все, кого ты любишь, будут умирать. Твои сыновья не доживут до старости. Не надейся, что проклятье твоего рода исчезнет. Лесной царь придет за всеми, кто дорог тебе.

Прочитав эти слова, я похолодела всем телом.

И прекрасно поняла, что эта записка без подписи была адресована моему мужу.

Ибо в ней упоминалось про сыновей, а двое старших детей Шереметьевых уже умерли.

Пробежав испуганно взглядом по строкам еще два раза, я нервно кинула жуткое послание на стол. Сорвавшись с места, я бросилась прочь из кабинета.

И побежала словно одержимая наверх в свою спальню, где оставила Анечку с горничной. Влетев в двери, я почти оттолкнула Танюшу, которая наклонилась над девочкой, чтобы поправить ей одеяльце.

Схватив дочь на руки, я неистово прижала ее к себе.

Она, слава Богу, была жива. Но надолго ли?

Что это еще за проклятье? И при чем здесь Григорий?

И, вообще, безопасно ли жить в этом доме, где царит жуткая атмосфера лжи и страха?

Глава 27

– Барыня, что с вами? – воскликнула озабоченно Танюша, видя мое невменяемое состояние.

Я же смотрела на нее диким взглядом, сжавшись всем телом, и боялась выпустить дочку из рук. Я не хотела верить в какие-то там проклятья. Но кто знает, может, в этом мире такое вполне реально? И это пугало меня.

В моей теперешней жизни и без них было полно проблем и передряг. А думать еще и об этой жути совсем не хотелось.

Раздался громкий стук в дверь. Я невольно вздрогнула от неожиданности. В спальню вошел бородатый мужчина в простой одежде. Стянул картуз с головы и поклонился.

– Что вы хотели? – нервно спросила я и, тут же вспомнив, что к слугам дворяне обращались на ты, поправилась: – Что хотел?

– Любовь Лексеевна, доброго здоровьица.