– Мы отвезем их в лабораторию и попросим, чтобы определили пол и возраст, – трещала Алина, – а еще лучше – произведем экспертизу ДНК. Проверим, являются ли эти кости и Марта родственниками.
Я уловила гримасу, которую состроила Марта, и постаралась отговорить Алину от этого сложного исследования. В конце концов, по рассказам старожилов, останки юной Лепниной покоились на этом пустыре, ребята их нашли, никаких кладбищ здесь никогда не было, так в чем сомнения? Алина была вынуждена с нами согласиться. Но тут же нашла себе новое дело – побежала в церковь уговаривать батюшку принять участие в погребении.
Останки, чьи бы они ни были, должны были быть похоронены по закону, божескому и человеческому."
"Я заметила, какие взгляды бросала Алина на Даниэля, которого я тоже привезла с собой, и пока она отлучилась, поспешила познакомить его с Мартой. Теперь им предстояло работать вместе.
Меня, несмотря ни на что, волновала судьба медсестры Любки. Вскрытие, сделанное опытным патологоанатомом, показало, что игла не попала в шейную артерию и вообще воздух из шприца не мог быть причиной смерти, слишком ничтожное количество его попало в кровь.
Норбеков умер от сердечного приступа, спровоцированного сильным стрессом. Никто его не убивал. Он сам убедил себя в том, что его сердце должно остановиться через пару минут. И сердце послушалось.
Уже в конце лета Каменные Липы принимали первых посетителей. Алина уволилась со своей старой работы и безвылазно жила в комплексе, выполняя исследовательскую работу.
Думаю, от нее было больше шума и переполоха, чем пользы, но Марта исправно платила ей высокую зарплату и пресекала все мои попытки непочтительного отношения к Алине. Кажется, ей она тоже была благодарна за то участие, которое она приняла в судьбе усадьбы. Алине позволялось проникать во все потаенные уголки имения со своим металлоискателем. Моя подруга уверяла, что теперь, после правильного захоронения останков юной Лепниной, заклятие с клада снято и он обязательно должен ей открыться.
А ближе к осени, ее хлопотами, возле места захоронения останков Лепниной была достроена небольшая, но стильная фамильная часовня, которую Алина почему-то упорно называла склепом.
Одичавший графский сад тоже стали приводить в порядок, выкорчевывали старые деревья, сажали новые, расчищали дорожки, облагораживали купальню. В двух шагах от купальни была вторая, ледяная, чистая, с пузырившимися на дне ключами. Вода в ней не замерзала даже зимой.
