Первый вопрос их был, когда они все четверо прилетели в Вену: «Ты куда пропал, Лис?» Как куда, в туалет сходил, гвоздь мне в зад! Очень занимательный туалет в том заведении, просто обос…а можно, не отходя от кассы! Но что было в этом туалете, я, конечно, рассказывать не стал…. сначала. Только усмехнулся. В нашей среде не принято выяснять что— то, если твой коллега и друг не хочет говорить. Рассказал им позже. Все же они должны были знать, кого им придется прикрывать и оберегать. Они были единственные, кому я верил.
Потом был следующий вопрос: «Кто такая»? Это по поводу моей жены. Ответил прямо — жена! Все четверо молча, смотрели на меня, потом как по команде перевели взгляды на улыбающуюся Александру. Через некоторое время Матильда перевела свой взгляд опять на меня. Задала немой вопрос, который я понял по выражению ее лица: «Серьезная девочка?» Я, ничего не говоря, просто кивнул. Больше никаких вопросов не было. Самое что интересное, это то, что Александра общалась с моими друзьями очень просто, легко и свободно.
Как будто никаких сословных барьеров между ними не было. В тоже время ребята сразу поняли по умолчанию границы дозволенного и никогда их не пересекали. Особенно близко Александра сошлась с Матильдой. Было такое ощущение, что Матильда заменила Александре Алису.
Если ты не можешь что-то предотвратить, возглавь это! Сначала в желтой прессе, а потом и в серьезных изданиях стали появляться статьи об Александре. Появились ее фото в прессе. «Точеные, аристократические черты лица, мраморно-белая кожа и вечно холодный взгляд удивительных глаз».
Да, такие или похожие заголовки мелькали в прессе. Я и мои товарищи стали лепить из Александры образ таинственной незнакомки. И если на меня все же что-то и можно было нарыть, если сильно постараться, то на Александру полный ноль. Появилась ниоткуда. Но как наши, так и зарубежные папарацци стали активно рыть. И что удивительно находили какие-то крохи информации.
В одном месте — да вроде жила такая девочка тут с родителями.
Странные были, нелюдимые, мало с кем общались, но очень культурные и воспитанные. Потом куда— то уехали, куда? Не знаем.
В другом месте — училась у вас такая?
— Да, вроде училась. Хорошо училась. Очень воспитанная. Практически ни с кем не общалась. А потом вообще к ней учителя на дом стали ходить, в школе только на экзамены пришла. Где она сейчас? Не знаем. Она с опекунами куда-то уехала.
— С опекунами?
— Да. Девочка была сиротой.
