Вот только, похоже, я изрядно переоценила степень воздействия страха на Власту. Или та убедила себя, что ей нечто странное в моих глазах просто почудилось. К тому же речь между нами шла только о том, чтобы она не оскорбляла Ладу. О моей скромной персоне речи не шло. Или Антипову слишком взбесило то, что и по другой дисциплине я попала в группу «А».
Как бы то ни было, но в столовой, куда все студенты двинули после второй пары на большом перерыве, меня ждало новое унижение.
С видом королевы усевшись за один из свободных столов большого помещения, напоминающего, скорее, ресторан, чем столовую, Антипова властно распорядилась:
– Принеси мне из еды это, это и это… – она ткнула тонким пальчиком в меню, которые для удобства студентов лежали на каждом столе и показывали ассортимент сегодняшних блюд.
– И поторопись!
Остальные, кто ходил с подносами к раздаче сам, с любопытством оглянулись на нас. Власта явно намеренно говорила громко, чтобы как можно больше людей услышали.
– Вы меня с официанткой часом не перепутали? – прошипела я, склонившись над ее ухом.
– Послушай, меня начинает раздражать, что ты по любому поводу со мной пререкаешься! – процедила Власта, нехорошо прищурившись. – Не забывайся, приймачка! И знай свое место! Хочешь сохранить те жалкие привилегии, которые тебе удалось выбить у моего отца? Значит, делай что говорят! Тем более что все ожидают, что за твой вчерашний проступок будет наказание. Не думала же ты, что тебе оскорбление сюзерена так просто сойдет с рук? Уж не знаю, чем ты так поразила отца, что он так с тобой носится, но со мной этот номер не пройдет!
Я явственно ощутила, как на щеках выступили пунцовые пятна.
И пусть Власта говорила тихо, приблизив лицо вплотную к моему, те, кто сидел за соседними столами или устраивался за нашим, все равно могли кое-что расслышать. Она намеренно пыталась меня унизить перед всеми. Вот только я не имела права ответить ей тем же у всех на виду. После такого Антипов и правда будет обязан предпринять какие-то серьезные меры.
Иначе уважение к нему изрядно пошатнется. Спустить с рук оскорбление дочери какой-то приймачке? Проклятье! Как же я ненавижу эту гадюку! Никого еще в своей жизни так не ненавидела!
– Сейчас принесу, – выпрямившись, с трудом проговорила.
– Так-то лучше! – довольно усмехнулась Власта и о чем-то принялась болтать с пристроившимся рядом Ангелком, вернувшимся за стол с подносом еды.
